Книжный каталог

Кроненберг Д. Употреблено

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Кроненберг Д. Употреблено Кроненберг Д. Употреблено 449 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Мелмед Ш., Полонски К.С., Ларсен П.Р., Кроненберг Г.М. Эндокринологические проблемы: при беременности, при старении, в спорте Мелмед Ш., Полонски К.С., Ларсен П.Р., Кроненберг Г.М. Эндокринологические проблемы: при беременности, при старении, в спорте 1377 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Дэвид Кроненберг Употреблено Дэвид Кроненберг Употреблено 249 р. litres.ru В магазин >>
Альфреда Кроненберг Вечность Альфреда Кроненберг Вечность 44 р. litres.ru В магазин >>
Стул Домотека Омега-4 (Д-0/Д-0 спД-0/Д-0) Стул Домотека Омега-4 (Д-0/Д-0 спД-0/Д-0) 2800 р. techport.ru В магазин >>
Стул Домотека Омега-5 (Д-2/Д-2 спД-2/Д-2) Стул Домотека Омега-5 (Д-2/Д-2 спД-2/Д-2) 3240 р. techport.ru В магазин >>
Стул Домотека Омега-5 (Д-1/Д-1 спД-1/Д-1) Стул Домотека Омега-5 (Д-1/Д-1 спД-1/Д-1) 3240 р. techport.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Дэвид Кроненберг

Дэвид Кроненберг - Употреблено

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.

Описание книги "Употреблено"

Описание и краткое содержание "Употреблено" читать бесплатно онлайн.

© 2014 by David Cronenberg Productions, Ltd.

© Л. Тронина, перевод на русский язык, 2015

© А. Бондаренко, художественное оформление, макет, 2015

© ООО “Издательство АСТ”, 2015

Наоми оказалась внутри монитора. Точнее, внутри квартиры в окошке QuickTime на мониторе – маленькой убогой квартирки ученых Селестины и Аристида Аростеги. Она оказалась там, прямо напротив них, а они сидели бок о бок на старом диване – кажется, бордовом, кажется, в рубчик – и беседовали с невидимым в кадре интервьюером. Наоми вошла и в акустическое пространство дома Аростеги – воткнула в уши белые пластиковые “затычки”.

Она ощущала глубину пространства, и головы супругов виделись ей объемными – эти двое, глубокомысленные, с чувственными лицами, походили друг на друга, как брат с сестрой. Она обоняла запах книг, втиснутых в книжные полки за спинами Аростеги, чувствовала исходящий от Селестины и Аристида неистовый интеллектуальный пыл. В кадре все было резким – дело в видеосистеме, думала Наоми, в маленьких CCD– и CMOS-сенсорах, в свойствах канала передачи информации, – вот почему ощущение пространственности комнаты, и книг, и лиц усиливалось.

Говорила Селестина, в пальцах ее тлела сигарета “Голуаз”. Ногти Селестины были покрыты лаком свекольного цвета – а может, черного (монитор у Наоми слегка маджентил), – волосы стянуты на макушке в живописный небрежный пучок, кончики выбившихся прядок вились у горла.

– В общем, когда никаких желаний у тебя больше нет, ты мертв. Даже желание иметь продукт, товар лучше, чем совсем никаких желаний. Желания купить фотоаппарат, например, пусть дешевый, пусть пижонский, достаточно, чтобы отогнать смерть. – Она лукаво улыбнулась, округлив губы, сделала затяжку. – При условии, конечно, что желание подлинное.

Бесшумно выдохнула дым, хихикнула.

Селестине было шестьдесят два, однако она относилась к интеллектуальной разновидности шестидесятилетних, в европейском духе, а не к той, что часто встречается в супермаркетах Среднего Запада. Наоми изумлялась приятности этой женщины, витавшему вокруг нее духу изящества и трагизма, тому, как дерзко она откидывалась на диван, отчего украшения ее будто оживали. Она никогда еще не слышала, как Селестина говорит, немногочисленные интервью появились в Сети только сейчас, само собой, из-за убийства. Голос у Селестины был хриплый, волнующий, а английский уверенный, бойкий и убийственно правильный. Эта женщина, теперь уже мертвая, смутила Наоми.

Селестина томно обернулась к Аристиду. Вырвавшийся из ее рта и ноздрей дым поплыл в его сторону, Селестина будто передавала супругу призрачную эстафетную палочку. Он набрал воздуха в грудь, одновременно вдыхая дым, и продолжил ее мысль:

– Даже если никогда не получишь этого или, получив, не сможешь воспользоваться. Все равно, главное – желать. Посмотрите на маленьких детей. Их желания неистовы.

Говоря, Аристид принялся поглаживать свой галстук, заправленный в ворот элегантного кашемирового свитера с V-образным вырезом. Он будто ласкал одного из этих неистовых малышей, тем, вероятно, и объяснялась разливавшаяся по его лицу блаженная улыбка.

Селестина смотрела на мужа, дожидаясь, пока он оставит в покое галстук, затем снова повернулась к невидимому интервьюеру.

– Вот почему мы считаем, что подлинной литературой современной эпохи может называться только руководство пользователя.

Селестина потянулась вперед, к объективу, продемонстрировав пикантные веснушки в глубине декольте, пошарила за камерой в поисках чего-то, затем откинулась на спинку дивана, держа в руке вместе с сигаретой пухлую белую брошюрку. Она бегло перелистывала страницы, близоруко склонившись над ними – а может, вдыхала запах бумаги, типографской краски? – наконец нашла нужное место и начала читать.

– “Автоматическая вспышка без подавления эффекта «красных глаз». Используйте этот режим, чтобы делать фотографии, на которых нет людей, или если хотите сделать быстрый снимок”.

Она рассмеялась низким, хрипловатым смехом и повторила, на этот раз с драматической интонацией:

– “Используйте этот режим, чтобы делать фотографии, на которых нет людей”, – покачала головой, прикрыла глаза, чтобы полнее почувствовать насыщенность этой фразы. – Хоть один автор прошлого столетия написал что-нибудь столь провокационное, столь желчное?

Кадр с супругами Аростеги съежился, стал размером с ноготь и переместился в левый нижний угол окошка, выпуск новостей меж тем продолжался. Крошечные Аристид и Селестина по-прежнему говорили охотно и непринужденно, один подхватывал слова другого, как опытный гандболист подхватывает брошенный мяч, но Наоми больше их не слышала. Теперь она слушала подчеркнуто серьезный голос диктора, появившегося в основном кадре: “В этой самой квартире Селестины и Аристида Аростеги неподалеку от знаменитой Сорбонны, являющейся частью Парижского университета, и была сделана страшная находка – части расчлененного женского тела, позже признанного телом Селестины Аростеги”.

В маленьком окошке показали крупным планом Аристида, продолжавшего благодушно о чем-то болтать. “Разыскать и допросить ее мужа, известного французского философа и писателя Аристида Аростеги, пока не удалось”. Тут монтажер безжалостно резанул Аристида, и того не стало, а вместо него на экране появились кадры (съемка явно велась с рук), сделанные в крошечной, слишком ярко освещенной кухне, по-видимому, в ночное время. Изображение затем развернули во весь экран, а окошко с диктором ушло в правый верхний угол.

Судмедэксперты в черных хирургических перчатках доставали из холодильника заиндевевшие полиэтиленовые пакеты, фотографировали закопченные кастрюли и сковородки на плите, осматривали тарелки и столовые приборы. Диктор в миниатюре продолжал: “Источник, пожелавший остаться неизвестным, сообщил нам следующее: улики позволяют предположить, что некто приготовил куски расчлененного тела Селестины Аростеги на ее собственной плите и съел”.

Далее в кадре – общий план величественного казенного здания с надписью по-французски “Префектура полиции Парижа”. “Вот как прокомментировал префект Огюст Вернье предположение о том, что Аростеги бежал из страны”. Репортаж продолжился фрагментом интервью со сдержанно-любезным префектом в очках. Дело происходило в битком набитом журналистами помещении, по-видимому, в вестибюле. Голос француза, выражавший сложную гамму эмоций и искреннее чувство, быстро стих, а вместо него довольно равнодушно заскрипел американец: “Мистер Аростеги – наше национальное достояние, равно как и мадам Селестина Моро. Они, супруги-философы, были воплощением французского идеала. Смерть Селестины – национальная трагедия”.

Оператор повернулся к ощетинившейся кинокамерами и диктофонами буйной толпе журналистов, которые наперебой выкрикивали вопросы, затем обратно к префекту. “Аристид Аростеги выехал из страны за три дня до того, как были обнаружены останки его жены. Он намеревался прочесть курс лекций в Азии. В данный момент у нас нет определенных оснований рассматривать его в качестве подозреваемого, хотя, конечно же, здесь не все ясно. Мы действительно не знаем, где именно он находится. Мы его ищем”.

Визг зуммера, означавший, что заработал багажный транспортер, вырвал Наоми из префектуры парижской полиции и вернул в зону выдачи багажа аэропорта Шарля де Голля. Полотно конвейерной ленты дернулось и пришло в движение, только того и ждавшие пассажиры толпой устремились вперед. Кто-то задел ноутбук Наоми, и тот заскользил вниз по ее вытянутым ногам, “затычки” выскочили из ушей Наоми. Она сидела на краешке транспортера и поплатилась за это. Вывернув стопы пальцами вверх, Наоми ухитрилась спасти драгоценный “Макбук Эйр” – он зацепился за носки ее кроссовок. Репортаж об Аростеги, однако, продолжался как ни в чем не бывало, но Наоми захлопнула “Макбук”, до поры до времени погрузив супругов Аростеги в сон.

По рингтону айфона Натан понял, что звонит Наоми: аудиофайл с трелью африканской древесной лягушки она прислала ему как-то по электронной почте. Бог знает почему эти звуки казались ей возбуждающими. Натан сидел на корточках в заднем коридоре клиники Мольнара, на сыром, шершавом бетонном полу, и копался в сумке для фотоаппарата, пытаясь кое-что найти, но это кое-что, подозревал он, взяла Наоми, и понятно тогда, почему она звонит именно сейчас: ее телепатический радар функционирует, как обычно, в весьма оригинальном режиме.

Одной рукой Натан продолжал рыться в сумке, большим пальцем другой нажал “Ответить”.

– Наоми, привет. Ты где?

– В Париже, наконец. Еду на такси в “Крийон”. А ты?

– В премерзком коридоре клиники Мольнара в Будапеште и никак не могу найти в сумке с фотоаппаратом тот 105-миллиметровый объектив для макросъемки, который купил во франкфуртском аэропорту.

Эта книга стоит меньше чем чашка кофе!

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.

Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Употреблено"

Книги похожие на "Употреблено" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.

Все книги автора Дэвид Кроненберг

Дэвид Кроненберг - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Дэвид Кроненберг - Употреблено"

Отзывы читателей о книге "Употреблено", комментарии и мнения людей о произведении.

Вы можете направить вашу жалобу на или заполнить форму обратной связи.

Источник:

www.libfox.ru

Афиша Воздух: «Употреблено» Дэвида Кроненберга: первый роман великого режиссера – Архив

«Употреблено» Дэвида Кроненберга: первый роман великого режиссера

На русский перевели «Употреблено», литературный дебют режиссера «Видеодрома» и «Автокатастрофы». Открыв роман, Станислав Зельвенский обнаружил, что все эти годы мы смотрели фильмы прекрасного писателя.

Первое, что удивляет в этом богатом на сюрпризы романе, — насколько охотно он соответствует ожиданиям. Выйди «Употреблено» без обложки, десять-двадцать страниц позволили бы, кажется, безошибочно атрибутировать автора. Чьи тексты мир, за исключением съемочных групп, еще никогда не читал, но видел, воспринимал, употреблял, если угодно, на протяжении последних сорока лет. Словно компьютер, подключенный к сознанию Дэвида Кроненберга, выделил там все ключевые слова, теги. Внутри книги таким образом описывается эссе одного из героев: «Вебер. Капитализм. Ватикан. Лютер. Энтомология. Сартр. Консюмеризм. Беккет. Северная Корея. Апокалипсис. Забвение». Следует добавить: секс. Безумие. Любовь. Болезнь. Трансформация. Каннибализм. Смерть. Кроненберг снял об этом два десятка картин — пару неудачных, дюжину прекрасных, несколько великих. И если в начале книга оправдывает ожидания, в конечном итоге она их, конечно, превосходит. Это не роман, написанный кинорежиссером, — похоже, все это время мы смотрели фильмы, снятые писателем.

Сюжет вращается вокруг двух пар. Первая — Наоми и Натан, тридцатилетние американские журналисты. Журналисты интернет-эпохи: куда больше, чем текстом, они озабочены фото- и видеоматериалами, которыми можно будет проиллюстрировать их расследования. Их объединяет страсть — не друг к другу, хотя формально они вместе, а к работе. Еще точнее, к почти безграничным возможностям документации реальности, которые открываются в ее процессе; короче говоря, они оба, особенно Наоми, помешаны на гаджетах.

Второй паре за 60, и в физическом смысле — но лишь в нем — она представлена только одной своей половиной. Это Аристид и Селестина Аростеги, профессора философии из Сорбонны, достигшие той степени звездности, какая бывает у философов только во Франции (ладно, еще в Словении), национальное достояние. Концепции супругов касаются общества потребления, консюмеризма, который они деконструируют с постнеомарксистских, надо понимать, позиций. Тут роман среди прочего подмигивает Луи Альтюссеру, который под конец жизни свихнулся и задушил свою жену. Книга начинается с того, что кто-то убил Селестину Аростеги, разрубил ее тело на кусочки и съел. Поскольку Аристид после этого бесследно пропал — очевидно, сбежав за границу, — он является, в общем, единственным подозреваемым.

Итак, Наоми прилетает в Париж, чтобы расследовать скандальное убийство. Натан, который специализируется на медицине, в это время отправляется в Будапешт, где некий хирург проводит смелые и сомнительные с юридической точки зрения операции. Впоследствии Натан, выслеживая венерическое заболевание, переместится в Торонто, а Наоми, выслеживая Аристида, в Токио; впрочем, что такое география в наше время.

Книга, за исключением одного большого фрагмента, написана от третьего лица: Кроненберг подбирает слова с той слегка механической, элегантной, предельно точной бесстрастностью, которую следовало бы назвать хирургической, если бы сравнение не было истерто добела в посвященных канадцу кинорецензиях. Это особенно бросается в глаза в описаниях аудиовизуальной техники, подробных, словно руководство пользователя — единственная подлинная литература сегодня, согласно теории Аростеги. Не самые, может быть, увлекательные абзацы для тех, кто не является, как Наоми или сам автор, гиком в этой области, но несомненно важные: зумы, пиксели, гигабайты, названия программ и бренды производителей — это новый язык любви, слова нежности, которыми шепотом обмениваются посвященные в мессенджерах и соцсетях.

Кроненберг, конечно, иронизирует над своими героями, всеми без исключения; вообще, «Употреблено» помимо прочего очень смешная книга. Но в то же время он смертельно серьезен в том, что касается его магистральных тем, в первую очередь взаимопроникновения телесного и технологического и перехода частных трансформаций на глобальный, межгосударственный уровень. Здесь Кроненберг принимает эстафету у писателей, которых он за свою карьеру сумел (Берроуз, Баллард, Делилло) или не сумел (Филип К.Дик) экранизировать, но по большому счету автор «Видеодрома» и «Экзистенции» давно равновеликая им и вполне самостоятельная фигура — вдобавок он уже увидел многое из того, о чем те только фантазировали.

Кроненберг полемизирует с популярной теорией о том, что айфоны и фейсбук убивают в человечестве остатки чувственности. Всемогущество гаджетов не исключает, а преобразует ее невиданным ранее образом — или многократно усиливает те возможности интимной коммуникации, которые были прежде. Наоми и Натан способны испытывать по-настоящему сильные эротические переживания, только когда между ними есть медиатор: когда они видят фотографии и ролики, сделанные друг другом, они становятся единым целым, дышат в унисон. По сути, они уже живут в виртуальной реальности: грубо говоря, съемка не является чувственным опытом, а рассматривание отснятых пленок — является. Они любовники, но их физические контакты происходят редко — в каком-нибудь отеле в аэропорту пересадки; собственно за весь роман они встречаются однажды, и секс заканчивается тем, что она начинает фотографировать его член. Однако означает ли это все, что Натан и Наоми бесчувственны? Отнюдь; кто бы стал читать — или писать — роман о бесчувственных людях.

С другой стороны, есть Аростеги — существовавшие, несмотря на стремление шагать в ногу со временем, в мире крайне осязаемом; оба, в частности, спали со всеми встречными, включая собственных студентов. Поскольку Аристид предположительно съел Селестину, они, возможно, являются единым организмом даже не фигурально, а буквально. Кроненберг, ровесник Аристида, посвящает одну из самых причудливых и пронзительных глав опыту совместного старения, разрушения тел; антитезе — в данном случае — постоянной модернизации гаджетов.

Но и Аростеги жили в настоящем, а следовательно, были открыты не только традиционным болезням, но и новым — а ими, в классификации Кроненберга, является почти все. Вирус на планете, пронизанной электроникой, становится универсальной метафорой. Вирусом может быть язык — у одной из героинь, например, аллергическая реакция на французский. Или национальность — другой герой пытается мутировать в японца. Вирус может передаваться старым добрым половым путем, а может путешествовать по вайфаю. Проникать под кожу или в слуховой аппарат. Многие персонажи книги поражены болезнями, от рака до самых экзотических, но по-настоящему клинический оборот дело принимает, когда появляются любимые Кроненбергом насекомые — невидимые глазу паразиты, агенты хаоса.

Там, уже ближе к концу, история делает абсурдистский поворот в паранойю и геополитику, не совсем, может быть, убедительный — есть ощущение, что Кроненберг не вполне понимал, как закруглиться. Но благодаря этому от страшноватой книги остается странно оптимистическое послевкусие. Мир бесконечно фрагментирован, но все мы, живущие в нем, связаны — фобиями, извращениями, иллюзиями, которые с ежедневно возрастающей легкостью передаем друг другу. И есть в этом что-то почти уютное. Общество потребления, каким бы оно ни было отвратительным, это общество, в котором правит любовь.

Источник:

daily.afisha.ru

Дэвид Кроненберг

Дэвид Кроненберг. Употреблено

  • В принципе, то же самое можно сказать и о знаменитом режиссере Дэвиде Кроненберге, дебютный роман которого только что вышел по-русски. За что бы ни брался этот человек, из любых деталей у него с чарующей непринужденностью собирается неизбежный автомат Калашникова — абсолютно узнаваемый по первым же минутам экранного времени, а теперь еще и по первым строчкам литературного текста. Строго говоря, теперь мы точно знаем, что от конкретного медиа у Кроненберга ничего не зависит: роман "Употреблено" — типичный кроненберговский фильм, только почему-то без видеоряда.

    Медицинские эксперименты, колюще-режущие предметы, взгляд на мир сквозь техногенную призму, рваные раны (и следы от них), сексуальные извращения, тошнотворные спецэффекты и завиральные конспирологические теории — словом, все, к чему режиссер приучил нас за долгие годы своей кинокарьеры, присутствует в "Употреблено" в полном объеме и отменном качестве. Ключевой для Кроненберга глобальный сюжет — причудливая и пугающая трансформация человеческой телесности в эру цифровой революции — тоже на месте. Даже ощущение нервной, наэлектризованной дерганности, ставшее фирменным знаком режиссера, здесь удивительным образом присутствует — только каким-то чудесным образом реализовано оно не визуально, а вербально. Словом, еще один Кроненберг — причем at his best.

    Пожалуй, этим можно было бы ограничиться (любишь Кроненберга — читай обязательно, не любишь — не читай), но жанр рецензии предполагает некоторое количество спойлеров. Не будем нарушать традиции: главные герои Натан и Наоми (редуцируя первый слог, общий для обоих, они зовут друг друга Тан и Оми) — коллеги, любовники и единомышленники. Оба они журналисты, но журналисты нового поколения. Их продукция — это смешанные в равных пропорциях эмоции, наблюдения, фотографии, видео, аудио, умело аранжированная информация из интернета и еще черт знает что. Зависимые от электронных девайсов, они мечутся по миру, изредка пересекаясь, и расследуют собственные сюжеты — по большей части крайне неприятные и даже пугающие.

    На сей раз Наоми стартует в Париже, где известная женщина-философ, жена другого не менее выдающегося мыслителя, найдена в холодильнике в виде расчлененных и полусъеденных останков. Расследование Натана начинается в Будапеште, где он изучает новые методы лечения рака груди, и продолжается в Торонто, куда его приводит собственная болезнь, подхваченная во время случайной интрижки с умирающей женщиной. Дальше две самостоятельных поначалу линии начнут сближаться, приобретая попутно все больший фантасмагорический размах. Не погружаясь в детали, скажу, что ближе к финалу в дело пойдут насекомые, свившие гнездо в левой груди одной из героинь, а также голландский режиссер-авангардист, похищенный по приказу Ким Ир Сена и теперь снимающий для северных корейцев пропагандистское кино психоделической направленности.

    Источник:

    www.corpus.ru

  • Fresh Дэвид Кроненберг - Употреблено - Форум Игромании

    Кроненберг Д. Употреблено

    Год публикации: 2015

    Жанр: технотриллер, бодихоррор

    Время действия: XXI век

    Кол-во страниц: 406

    Первый роман знаменитого кинорежиссера Дэвида Кроненберга доказал, что читателя он умеет держать в напряжении не хуже, чем зрителя. Наоми и Натан — любовники и коллеги, они оба журналисты, разъезжают по всему миру в поисках захватывающих сюжетов, а встречаются только в отелях при аэропортах или в интернете.

    Наоми в Париже и Токио пытается разобраться в судьбе супругов Аростеги, философов, вольнодумцев и распутников. Натан пишет статью о подпольном хирурге из Будапешта, и этот сюжет приводит его в Торонто. Истории Наоми и Натана удивительным и даже пугающим образом переплетаются. В них есть и международный заговор, и изощренные интеллектуальные игры, и не менее изощренный секс.

    Дэ́вид Пол Кро́ненберг (англ. David Paul Cronenberg, род. 15 марта 1943, Торонто) — канадский кинорежиссёр и сценарист, один из крупнейших представителей американского независимого кино. Изредка снимается в фильмах других режиссёров. В 1999 году возглавлял жюри Каннского кинофестиваля.

    Во время обучения в местном университете он снял два экспериментальных фильма: «Стерео» (1969) и «Преступления будущего» (1970). Первый коммерческий фильм Кроненберга, «Мерзость», вышел на экраны в 1975 году. Широкое внимание привлёк к режиссёру вышедший в 1982 году «Видеодром» — один из стилеобразующих фильмов десятилетия.

    До начала 2000-х годов Кроненберг специализировался на жанре «боди-хоррор» (буквально, «ужас тела», источник ужаса — необъяснимые мутации человеческого тела). Многие из его картин поднимают проблему того, что принято считать нормальным, а что — ненормальностью, зыбкость грани между этими понятиями.

    После фантастического триллера «Экзистенция» (1999, «Серебряный медведь» Берлинского фестиваля), вышедшего на экраны за несколько месяцев до «Матрицы» и поднимающего сходную философскую проблематику, внимание режиссёра стало смещаться от ненормальностей телесных к ненормальностям общественным.

    В фильмах 2000-х годов, которые получили высокую оценку критиков, Кроненберг в нуаровых красках рисует беспросветно мрачный мир, где царит коренящееся в самой человеческой природе насилие.

    Роман "Употреблено" - это его первая книга. Он написал её в возрасте 71 года.

    2. Прочитав книгу, вы можете написать здесь отзыв, ответить на вопросы и изложить свои мысли по теме дискуссии.

    3. Не надо писать полноценные рецензии. Здесь царствует диалог, а не монолог.

    4. Вы можете и не писать отзыв и/или ответы на вопросы, а просто участвовать в обсуждении книги.

    5. Вы можете задавать свои вопросы другим участникам дискуссии, спорить с ними о книге, поднимать другие темы касательно обсуждаемого произведения и вообще свободно его обсуждать. Это только поощряется.

    6. Не игнорируйте других участников дискуссии. Постарайтесь отвечать на заданные вам вопросы и комментировать в ответ.

    7. Если вы не знаете где взять электронную версию книги, спросите у автора темы посредством личного сообщения.

    8. Если у вас есть какое-то предложение, напишите его в этой теме.

    Пусть будут сыры.

    Вообще, тут как с инцестом, половыми связями со студентами и т.п. Власть, а с ее подачи и народ - пугает все новое, а больше всего - давно забытое старое. Наверное, это из разряда "не повторять ошибок прошлого". Что-то занесло меня.

    Забавно, но в давние времена и половые связи между мужчинами - были обыденностью. А что сейчас? Культ какой-то. Еще и прав больше, чем у обычных людей. Возможно, какое-то время спустя такое будет уготовано и теме вопроса, а там и до снятия запрета с каннибализма недалеко. (:

    Хотя под конец были видны кое-какие чувства, эмоции, вышедшие за рамки простого увлечения друг другом. Но кто знает, может это последствия привязанности к сексуальному партнеру.

    Технологии - это лишь пристрастие, фетиш. Он учился у нее, она училась у него. Банальная история.

    Так и подмывало сказать ему, чтобы дал послушать другому человеку.

    Фетишизм иногда заходит слишком далеко.

    А остальные просто извращенцы.

    А вообще – мне по барабану. Модные разрекламированные автомобили, телефоны, предметы техники и искусства… Я знаю, чего хочу я сам, а не то, что мне навязывает какой-нибудь фильм, маркетолог или мода.

    2. Не было там никакой любви в помине. Была общая профессия, общая страсть и полное отсутствие обязательств. Грубо говоря, им просто было удобно друг с другом. Я бы скорее назвал их отношения дружбой, в которую вплетен секс. Ничего нового, в общем.

    3. Разве что дочка Ройфе, да и та, скорее в результате психотравмы от поедания чужой груди. В историю парочки философов я вообще не поверил. Там либо был рак груди полноценный, либо же просто напросто очень наркоманско изощренный план побега, вполне в духе этой парочки. А вот девочка просто оказалась использована и выброшена прочь, вот у бедняжки крышу и сорвало.

    4. В данном романе product placement подан весьма обширно и не удивлюсь, если дедушка Кроненберг активно с кем-то консультировался. Отношение в романе сугубо положительное, львиная доля атмосферы держится как раз на этом. А в жизни вообще плевать, я никогда не гнался за брендом и всегда свой выбор оставлял на том, что более удобно и практично лично для меня. И уж точно никогда не понимал Ябломанию.

    5. Я уже выше написал, что я не поверил рассказу Ари про насекомых в груди, соответственно так же не верю, что он их слышал. Просто эксцентричная престарелая парочка решила поиграть в фокусников. Вот и все.

    Я видела, как воробушек явно говорил колкости другому, крохотному и немощному, и в результате ткнул его клювом в голову. Всё как у людей.

    Со смертью встречаться – наш вечный удел.

    Один из немногих, ты будешь с ней смел.

    Ты веришь, ты знаешь, что был недалёк

    Светивший в ночи золотой огонёк.

    Со смертью встречаться – наш вечный удел.

    Один из немногих, ты будешь с ней смел.

    Ты веришь, ты знаешь, что был недалёк

    Светивший в ночи золотой огонёк.

    Хотя погоди, они вроде подбросили фальшивую, а настоящая так и не понятно куда делась. Возможно, она ее и ела.

    Источник:

    forum.igromania.ru

    Кроненберг Д. Употреблено в городе Челябинск

    В этом каталоге вы имеете возможность найти Кроненберг Д. Употреблено по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть иные книги в категории Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и рецензиями товара. Транспортировка осуществляется в любой населённый пункт РФ, например: Челябинск, Астрахань, Курск.