Книжный каталог

Джеймс Э. Ночь Поцелуев. Роман

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Джеймс Э. Поцелуй герцога. Роман Джеймс Э. Поцелуй герцога. Роман 63 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Джеймс Э. Опасный курортный роман Джеймс Э. Опасный курортный роман 73 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Джеймс Э. Три недели с леди Икс. Роман Джеймс Э. Три недели с леди Икс. Роман 162 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Эндрюс Э. Драгоценная ночь. Роман Эндрюс Э. Драгоценная ночь. Роман 51 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Э Л Джеймс Пятьдесят оттенков серого Э Л Джеймс Пятьдесят оттенков серого 432 р. bookvoed.ru В магазин >>
Джеймс, Элоиза Ночь поцелуев : роман Джеймс, Элоиза Ночь поцелуев : роман 87 р. bookvoed.ru В магазин >>
Элоиза Джеймс Ночь поцелуев Элоиза Джеймс Ночь поцелуев 99.9 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать онлайн Ночь поцелуев автора Джеймс Элоиза - RuLit - Страница 1

Читать онлайн "Ночь поцелуев" автора Джеймс Элоиза - RuLit - Страница 1

Когда-то, не очень давно, жили-были…

История эта начинается с кареты, которая не превратилась в тыкву, хотя и укатила с бала поздней ночью, и с доброй крестной, которая давным-давно потеряла свою подопечную — наверное, потому, что не была феей. Не обошлось здесь и без нескольких так называемых крыс, каждая из которых, должно быть, втайне мечтала надеть ливрею.

Ну и, конечно, ни одна сказка невозможна без бедной девушки — даже несмотря на то что наша героиня не умела танцевать и совсем не хотела выходить замуж за принца.

Но по-настоящему все началось с крыс.

Они окончательно потеряли совесть — так все говорили. Миссис Суоллоу, экономка, то и дело сетовала:

— Нет, это просто невозможно! Стоит человеку отвернуться, как несносные создания тут же принимаются грызть башмаки!

Да-да, именно в таких выражениях жаловалась она дворецкому, невозмутимому мистеру Черридерри.

— Вполне понимаю и разделяю вашу озабоченность, — отвечал джентльмен с несвойственными ему нотками раздражения в голосе. — Я и сам их не переношу. — Чего стоят эти острые носы! А писк по ночам! К тому же…

— А как ужасно едят! — перебила миссис Суоллоу. — Забираются на стол, прямо в тарелки!

— Да-да, едят из тарелок, — подтвердил мистер Черридерри. — Я видел собственными глазами, честное слово! Причем миссис Долтри при мне кормила их с рук!

Пронзительный крик экономки наверняка донесся бы до гостиной… если бы крысы не подняли оглушительный шум.

Резиденция миссис Марианны Долтри, ее дочери Виктории и падчерицы мисс Кэтрин Долтри

Мисс Кэтрин Долтри, больше известная как Кейт, спрыгнула с седла, кипя праведным гневом.

Надо заметить, что подобное состояние вовсе не было для нее новым. Еще при жизни отца — а умер он семь лет назад — новоявленная мачеха нередко вызывала острое раздражение Кейт. Но что такое настоящий гнев, ей довелось узнать только после смерти отца, когда миссис Долтри, носившая титул всего несколько месяцев, стала полноправной хозяйкой поместья.

Арендаторов, которые родились и выросли в своих домах, заставили платить в два раза больше, чем прежде. Те же, у кого не хватало денег, могли убираться на все четыре стороны.

Урожай погибал на корню, а живые изгороди превращались в дикие заросли — все потому, что мачеха жалела денег на поддержание поместья в надлежащем состоянии. Наследство отца уходило на бесконечные наряды: новые платья, шляпки, кружева, рюшечки, воланчики и бантики… в таком количестве, что мачехе и сводной сестре не хватало дней в году, чтобы надеть все свое богатство хотя бы по одному разу.

Гости больше не встречали Кейт за общим столом. Отныне ее жизнь протекала в мансарде — в крошечной комнатке, где старая обшарпанная мебель вполне соответствовала положению падчерицы в огромном доме. Трудно было пережить ненависть к самой себе за малодушие — за то, что не находила сил уйти из дому и положить конец унижению. Да, настоящий гнев родился и вырос из одиночества, отчаяния и печальной уверенности в том, что отец беспомощно переворачивается в гробу.

Воинственно препоясав чресла, как сказал бы отец, Кейт решительным шагом поднялась на крыльцо.

— Добрый день, Черридерри, — поздоровалась она, как только старый верный дворецкий распахнул дверь. — Ты сегодня за лакея?

— Хозяйка отправила лакеев в Лондон, за доктором, — пояснил Черридерри. — Вернее, сразу за двумя.

— Не иначе как очередной приступ. — Кейт осторожно сняла расползавшиеся по швам перчатки. Было время, когда мачеху (в доме все звали ее хозяйкой) подозревали в симуляции болезни, однако после нескольких лет ложной тревоги и ночных криков о нападении разбойников, которые на деле оказывались всего лишь следствием дурного пищеварения, подозрения отпали сами собой.

Черридерри считал, что остается одно: надеяться на лучшее.

— Нет, на сей раз дело не в хозяйке. Пострадало лицо мисс Виктории.

— Горничная утром рассказала, что верхняя губа распухла и посинела.

Даже острое раздражение не смогло подавить шевельнувшееся в душе сочувствие. Хорошенькое личико и хорошенькие платьица составляли единственное достояние Виктории, а потому утрата хотя бы небольшой доли этого богатства навсегда разбила бы бедняжке сердце.

— Нужно срочно поговорить с хозяйкой о жене викария. — Кейт сбросила пелерину в услужливо подставленные руки. — Точнее, теперь уже о вдове. После его смерти я переселила семью в дальний коттедж.

— Да, дело нехорошее, — покачал головой дворецкий. — Особенно для викария. Разве священник имел право лишить себя жизни?

— И оставить на произвол судьбы жену с четырьмя детьми, — добавила Кейт.

— Наверное, не смог примириться с потерей ноги.

— Ну а теперь его детям придется примириться с потерей отца, — сурово заключила Кейт. — Не говоря уже о том, что вчера мачеха отправила им уведомление о выселении.

— Хозяйка распорядилась, чтобы сегодня вы обедали вместе со всеми.

Кейт изумленно замерла.

— Сегодня вечером вам необходимо обедать за общим столом. Приезжает лорд Димсдейл.

Дворецкий покачал головой.

— Так она сказала. Более того, даже решила, что крысы мисс Виктории должны покинуть столовую и переселиться в вашу комнату.

Кейт в изнеможении прикрыла глаза. День начался плохо, а продолжался и того хуже. Она терпеть не могла свору крохотных собачек, которых домочадцы — кто нежно, а кто и не очень — называли крысами. Ничуть не лучше был и Алджернон Беннет, лорд Димсдейл, жених сводной сестры: молодой человек подозрительно часто и легко улыбался. Но всего ужаснее казалась перспектива семейного обеда.

Как правило, удавалось заставить себя забыть о том, что когда-то бразды правления в этом доме принадлежали ей, мисс Кэтрин Долтри. Дело в том, что за несколько лет до смерти мать окончательно слегла, а здоровой дочка ее и вообще не помнила. Кейт привыкла сидеть за обеденным столом напротив отца, регулярно обсуждать с экономкой меню на неделю… что и говорить, здесь, в родном поместье, она надеялась дебютировать, выйти замуж, родить и вырастить детей.

Но все это было при жизни отца, а после его смерти молодая госпожа превратилась в служанку, для которой не нашлось другого места, кроме как на чердаке.

И вот теперь предстояло явиться к обеду в старом, давным-давно вышедшем из моды платье, чтобы выслушивать двусмысленные комплименты лорда Димсдейла и скучать. Зачем? Что кроется за внезапной переменой ветра?

Не в силах подавить дурное предчувствие, Кейт поднялась по лестнице. Мачеха сидела возле туалетного столика и внимательно разглядывала собственное отражение в зеркале. Солнечные лучи падали на волосы и придавали прядям ядовитый, неестественно желтый оттенок. Сиреневое утреннее платье с гофрированным корсажем, перехваченным под грудью широкой лентой, выглядело бы прелестно… на юной дебютантке. Однако Марианна никак не соглашалась принять тот факт, что уже перешагнула порог сорокалетия. Более того, она до сих пор не смирилась с утратой первого цветения молодости, а потому одевалась так, словно все еще оставалась двадцатилетней. Можно было смело утверждать, что мачеха обладала безрассудной храбростью и отчаянным пренебрежением к условностям, неизбежно сопровождающим переход женщины из одной возрастной категории в другую.

И в то же время наряды Марианны не только откровенно выражали чрезмерные амбиции, но и служили утешением в неудачах. Еще ни одной женщине в мире не удалось в сорок лет выглядеть на двадцать, и даже вызывающе чувственное платье не способно вернуть молодость.

— Кажется, ты все-таки закончила свои бесполезные визиты и сподобилась вернуться домой, — ехидно заметила Марианна.

Кейт окинула взглядом заваленный одеждой будуар и решила убрать кучу тряпок с того предмета, который, по ее представлениям, мог оказаться стулом. Комната была забита ворохами разнообразных тканей: мерцающий бархат, пестрые ситцы и блестящие шелка заполнили все горизонтальные поверхности и напоминали причудливые сугробы.

Источник:

www.rulit.me

Элоиза Джеймс Ночь поцелуев скачать книгу fb2 txt бесплатно, читать текст онлайн, отзывы

Ночь поцелуев

Когда-то, не очень давно, жили-были…

История эта начинается с кареты, которая не превратилась в тыкву, хотя и укатила с бала поздней ночью, и с доброй крестной, которая давным-давно потеряла свою подопечную — наверное, потому, что не была феей. Не обошлось здесь и без нескольких так называемых крыс, каждая из которых, должно быть, втайне мечтала надеть ливрею.

Ну и, конечно, ни одна сказка невозможна без бедной девушки — даже несмотря на то что наша героиня не умела танцевать и совсем не хотела выходить замуж за принца.

Но по-настоящему все началось с крыс.

Они окончательно потеряли совесть — так все говорили. Миссис Суоллоу, экономка, то и дело сетовала:

— Нет, это просто невозможно! Стоит человеку отвернуться, как несносные создания тут же принимаются грызть башмаки!

Да-да, именно в таких выражениях жаловалась она дворецкому, невозмутимому мистеру Черридерри.

Дорогой ценитель литературы, погрузившись в уютное кресло и укутавшись теплым шерстяным пледом книга "Ночь поцелуев" Джеймс Элоиза поможет тебе приятно скоротать время. Отличный образец сочетающий в себе необычную пропорцию чувственности, реалистичности и сказочности. Основное внимание уделено сложности во взаимоотношениях, но легкая ирония, сглаживает острые углы и снимает напряженность с читателя. С первых строк понимаешь, что ответ на загадку кроется в деталях, но лишь на последних страницах завеса поднимается и все становится на свои места. В ходе истории наблюдается заметное внутреннее изменение главного героя, от импульсивности и эмоциональности в сторону взвешенности и рассудительности. Глубоко цепляет непредвиденная, сложнопрогнозируемая последняя сцена и последующая проблематика, оставляя место для самостоятельного домысливания будущего. Благодаря живому и динамичному языку повествования все зрительные образы у читателя наполняются всей гаммой красок и звуков. Значительное внимание уделяется месту происходящих событий, что придает красочности и реалистичности происходящего. Запутанный сюжет, динамически развивающиеся события и неожиданная развязка, оставят гамму положительных впечатлений от прочитанной книги. Приятно окунуться в "золотое время", где обитают счастливые люди со своими мелочными и пустяковыми, но кажущимися им огромными неурядицами. Создатель не спешит преждевременно раскрыть идею произведения, но через действия при помощи намеков в диалогах постепенно подводит к ней читателя. "Ночь поцелуев" Джеймс Элоиза читать бесплатно онлайн необычно, так как произведение порой невероятно, но в то же время, весьма интересно и захватывающее.

Добавить отзыв о книге "Ночь поцелуев"

Источник:

readli.net

Элоиза Джеймс - Ночь поцелуев - чтение книги онлайн

Джеймс Э. Ночь поцелуев. Роман

как распухли губы, но остановиться не могла. Руки поднялись по широким плечам, утонули в густых волосах.

— Я тоже, — прошептала она. — Я тоже.

Он отступил на пару шагов и опустился на одно колено.

— Мисс Кэтрин Долтри, не окажете ли честь стать моей женой?

Кейт смутно сознавала, что неподалеку собираются люди. Генри вышла из дома и остановилась у входа в парк, а вслед за ней потянулись и слуги. Прохожие с любопытством замедляли шаг. Казалось, весь Лондон заинтересовался необычной сценой. В толпе раздавались негромкие звуки, похожие на приглушенный смех.

Кейт подняла руку.

— Вы тоже оказываете мне огромную честь.

Гейбриел продолжал стоять на одном колене.

— Да, — прошептала Кейт. — Да, да, да!

Он вскочил, схватил ее в охапку и закружил. Искры костра взлетали в темноту и рассыпались фейерверком. Генри смеялась, и рядом с ней появился Лео. А главное, Гейбриел тоже смеялся — триумфально и властно, и от его смеха сердце забилось еще громче.

— Я получил специальную лицензию, — сообщил Гейбриел пару мгновений спустя и в доказательство вытащил из кармана бумагу.

Генри уже стояла рядом и обнимала Кейт, а от Лео, как всегда, пахло бренди.

— Завтра утром, — постановила леди Роут.

Возражений не последовало.

К своему стыду, Кейт даже не поинтересовалась, на какие средства принц намерен содержать замок и многочисленных родственников. Тему подняла Генри, когда все уже сидели за ужином.

— Итак, ваше высочество, — заговорила леди Роут, — каким же образом вы собираетесь обеспечить благополучие моей дорогой крестницы, не говоря уже о вашем собственном замке и его обитателях? Особенно теперь, когда все-таки отказались от женитьбы на деньгах. — Она лукаво взглянула на Кейт.

Но мисс Долтри имела собственные соображения относительно того, когда именно следует оповестить жениха об огромном приданом.

— Я выгодно продал издателю свою будущую книгу, — спокойно ответил принц. — И получил солидный аванс, которого хватит на год с лишним, даже если супруга пожелает регулярно блистать на балах в хрустальных туфельках. А к тому времени поместье уже начнет приносить доход и с лихвой окупит все затраты.

Кейт изумленно открыла рот.

— Книгу об археологии?

— Об археологических раскопках в Карфагене, — деловито уточнил принц. — С подробным описанием жизни и быта той эпохи.

— Эта тема давно интересует Гейбриела, — объяснила Кейт крестной и ее мужу. — В отличие от подавляющего большинства археологов он считает, что жизнь простых людей так же важна и интересна, как и королей.

— Все зависит от человека, — возразила Генри, однако глаза ее сияли неподдельным азартом. — Никогда не думала, что издатели платят авторам за то, чтобы те написали книгу. Считала, что люди делают это просто так… — помахала она рукой, — из любви к искусству.

— Даже я это знаю! — рассмеялась Кейт.

— Видишь ли, я уже много лет не держала в руках ни одной книги, — заметила леди Роут, нимало не смутившись. — Но ради этой сделаю исключение.

— Три тома с золотым обрезом, — сообщил Гейбриел. — Исключительно по подписке.

— В таком случае непременно прочитаю, — убежденно заверила Генриетта. — Больше того, закажу сразу два экземпляра. То же самое сделают все мои знакомые.

— Ты просто гений! — Кейт посмотрела на жениха влюбленными глазами. — Я горжусь тобой!

— Ради Бога, что же случилось с очаровательной русской девушкой? — не выдержал Леоминстер.

— Спихнул ее Тулузу, — пожал плечами Гейбриел. — Чтобы свести их, потребовалось целых две недели, после чего он подошел и заявил, что уезжает в Лондон, потому что больше не может. Я втащил его в лабиринт и доходчиво объяснил, что к чему. А через пару дней дядюшка Татьяны увлек меня в сторонку и рассыпался в извинениях.

В полночь мисс Долтри напомнила себе о том, что Гейбриел — истинный джентльмен. Принц. А потому даже не подумает тайком пробраться в ее комнату.

Да, воображения ей явно не хватило.

Доносился он не из-за двери.

Кейт подбежала к окну и распахнула створки.

— Вот спасибо, — поблагодарил Гейбриел и, подтянувшись на руках, перекинул ногу через подоконник. — Я едва не рухнул в сад, а у тебя под окном колючие розы.

— Тише! — зашипела Кейт, втаскивая жениха в комнату. — Я не уверена, что Генри и Лео уже спят.

— Не спят, — подтвердил Гейбриел. — Они в библиотеке. Завтра надо будет непременно объяснить, что забавляться на ковре перед камином лучше с закрытыми шторами.

— Только не это! — расхохоталась Кейт.

Губы Гейбриела тоже дрогнули, но дикий взгляд не способствовал веселью. Без единого слова принц начал развязывать свой шейный платок.

— О! — нервно воскликнула Кейт. — Не хочешь ли подробнее рассказать о своей книге?

— Не хочу, — последовал лаконичный ответ.

— А как отнеслась Татьяна к твоему отказу?

— Она видела, как я бросился вслед за тобой. Должно быть, усомнилась в грядущем семейном счастье, и правильно сделала. К тому же Тулуз намного элегантнее меня. Они прекрасно смотрятся вдвоем.

— Ты за мной бежал?

— Больше никогда, никогда меня не бросай. Это невыносимо.

— Я не бросала, — слабо запротестовала Кейт. — Точнее, у меня не было выбора. Ты и сюртук снимешь?

— Все сниму. Если не желаешь, чтобы я тебя раздел, можешь сделать то же самое.

— Может, подождем до завтра? — Кейт неожиданно застеснялась.

Гейбриел взял невесту на руки, отнес на кровать и положил бережно, словно осколок древнего кувшина.

— Я не забыл ни единого мгновения нашей любви, — прошептал Гейбриел. — Но кое-что так до сих пор и не сделал.

— Что же? — спросила Кейт дрогнувшим голосом.

— Вот это. — Он провел ладонями по груди, животу и властно добрался до интимного уголка.

— Что ты творишь? — испуганно вздрогнув, воскликнула Кейт. Но как только за руками последовали губы, замолчала, потом застонала, а потом и закричала.

И только спустя несколько часов вспомнила о том важном, что должна была поведать будущему супругу.

Оба лежали усталые, счастливые и пьяные от любви.

— Я хочу тебе кое-что сказать, — прошептала Кейт.

Гейбриел накручивал на палец ее блестящий локон.

— Твои волосы — настоящее золотое руно, — пробормотал он.

— У меня есть приданое. — Она подняла голову и заглянула ему в лицо.

— Это хорошо, — отозвался Гейбриел. — А тебе известно, что древние греки…

— У тебя есть приданое. Отлично. Мы с Виком все рассчитали, но лишних денег никогда не бывает. Знаешь, как все в замке хотели, чтобы я женился не на Татьяне, а на тебе?

— Нет, — с улыбкой призналась Кейт.

— Фердинанд заявил, что готов продать коллекцию оружия. Софонисба обещала отказаться от бренди, хотя, говоря по правде, выдержала недолго.

— И Вик тоже не остался в стороне. — Гейбриел умолк.

— Да. Сказал, что подыщет платное место дворецкого.

Кейт была тронута.

— О, Гейбриел, ничего лучше мне никто не предлагал! Точнее, тебе.

— Нам обоим, — заключил он, обнял еще крепче и поцеловал.

— Но ведь у меня есть приданое.

Грудь коснулась груди, и он перестал слушать, а в следующий миг Кейт уже сидела верхом.

— Ммм, — промычал Гейбриел и слегка подвинул любимую.

— Нет! — снова испугалась Кейт.

— О да! — успокоил он.

— Сначала послушай меня.

Но он не слушал. Кейт наклонилась, чувствуя себя смелой и прекрасной, и начала снова.

Однако положение оказалось чрезвычайно ненадежным. Сильные руки совершили несколько волшебных движений, и мгновение спустя Кейт уже вцепилась в плечи любимого, с трудом сдерживая крик.

— Ни звука, — предупредил Гейбриел, не прекращая равномерного движения.

— Хорошо, — послушно кивнула Кейт.

— Только что по коридору кто-то прошел. Должно быть, Лео и Генри наконец-то отправились спать.

— Постараюсь вести себя тихо, — пообещала она. — Только не останавливайся.

— Самое время поговорить по душам. Кажется, ты собиралась сообщить что-то важное?

Кейт прищурилась и, приподнявшись на коленях, попробовала двигаться самостоятельно.

Темные глаза Гейбриела вспыхнули.

— Неужели не хочешь узнать, что я намерена сказать? — спросила Кейт и принялась раскачиваться, с удовольствием наблюдая, как меняется лицо возлюбленного.

Настала его очередь сдерживать стоны.

— Только не сейчас. Не могла бы ты. Да-да, вот так.

Кейт погрузилась глубоко, жадно, а потом снова встала на колени.

— Я одна из самых богатых…

Гейбриел не слушал, поднял бедра, однако она привстала и отстранилась.

— Я одна из самых богатых женщин в Лондоне, — наконец-то договорила она и опустилась, ощутив настоящее блаженство.

Гейбриел перевернулся так стремительно, что она охнула от неожиданности, овладел ею со всей силой безумного, нерастраченного вожделения и увлек в жаркую тьму, где не было никого, кроме двоих влюбленных.

А потом они лежали, прижавшись друг к другу, в полной тишине.

— Ты действительно сказала то, что я услышал? — неожиданно переспросил Гейбриел.

Кейт притворилась спящей, однако он разбудил ее и заставил повторить историю слово в слово.

А его необузданное торжество разбудило Генри и Лео.

Прошло четыре года

Раскопки Карфагена продолжались уже пятый год. Несмотря на то, что профессор Биггитстиф не меньше трех раз в месяц сообщал об открытии города Дидоны, убедительных доказательств его правоты так до сих пор и не нашли.

Сдаваться Биггитстиф не собирался, твердо решив добиться победы, и неудачи лишь укрепляли его боевой дух.

— Такое чувство, что упрямец надеется в один прекрасный день обнаружить опознавательный знак, — вздохнул Гейбриел, вытянувшись на кровати и заложив руки за голову. — Лучше всего, конечно, подошла бы табличка с надписью: «Здесь спала Дидона».

Супруга пробормотала что-то невнятное, но утешительное. В эту минуту она как раз медленно погружалась в сладкий дневной сон.

С точки зрения Гейбриела, недовольство Биггитстифа меркло по сравнению с удивительными находками, раскрывающими повседневную жизнь обитателей древнего Карфагена. Здесь было все: начиная с бытовых приспособлений и заканчивая погребальными традициями, свадебными дарами и обычаем праздновать дни рождения.

Даже несмотря на то что они с Кейт присутствовали на раскопках не дольше четырех-пяти месяцев в году, только зимой, методы принца полностью оправдались и доказали свою научную состоятельность. Поначалу Биггитстиф упорствовал в возражениях, но огромный успех книги Гейбриела

Источник:

litread.info

Читать книгу Ночь поцелуев Элоизы Джеймс: онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Ночь поцелуев - Элоиза Джеймс"

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Элоиза Джеймс

Когда-то, не очень давно, жили-были

История эта начинается с кареты, которая не превратилась в тыкву, хотя и укатила с бала поздней ночью, и с доброй крестной, которая давным-давно потеряла свою подопечную – наверное, потому, что не была феей. Не обошлось здесь и без нескольких так называемых крыс, каждая из которых, должно быть, втайне мечтала надеть ливрею.

Ну и, конечно, ни одна сказка невозможна без бедной девушки – даже несмотря на то что наша героиня не умела танцевать и совсем не хотела выходить замуж за принца.

Но по-настоящему все началось с крыс.

Они окончательно потеряли совесть – так все говорили. Миссис Суоллоу, экономка, то и дело сетовала:

– Нет, это просто невозможно! Стоит человеку отвернуться, как несносные создания тут же принимаются грызть башмаки!

Да-да, именно в таких выражениях жаловалась она дворецкому, невозмутимому мистеру Черридерри.

– Вполне понимаю и разделяю вашу озабоченность, – отвечал джентльмен с несвойственными ему нотками раздражения в голосе. – Я и сам их не переношу. – Чего стоят эти острые носы! А писк по ночам! К тому же…

– А как ужасно едят! – перебила миссис Суоллоу. – Забираются на стол, прямо в тарелки!

– Да-да, едят из тарелок, – подтвердил мистер Черридерри. – Я видел собственными глазами, честное слово! Причем миссис Долтри при мне кормила их с рук!

Пронзительный крик экономки наверняка донесся бы до гостиной… если бы крысы не подняли оглушительный шум.

Резиденция миссис Марианны Долтри, ее дочери Виктории и падчерицы мисс Кэтрин Долтри

Мисс Кэтрин Долтри, больше известная как Кейт, спрыгнула с седла, кипя праведным гневом.

Надо заметить, что подобное состояние вовсе не было для нее новым. Еще при жизни отца – а умер он семь лет назад – новоявленная мачеха нередко вызывала острое раздражение Кейт. Но что такое настоящий гнев, ей довелось узнать только после смерти отца, когда миссис Долтри, носившая титул всего несколько месяцев, стала полноправной хозяйкой поместья.

Арендаторов, которые родились и выросли в своих домах, заставили платить в два раза больше, чем прежде. Те же, у кого не хватало денег, могли убираться на все четыре стороны.

Урожай погибал на корню, а живые изгороди превращались в дикие заросли – все потому, что мачеха жалела денег на поддержание поместья в надлежащем состоянии. Наследство отца уходило на бесконечные наряды: новые платья, шляпки, кружева, рюшечки, воланчики и бантики… в таком количестве, что мачехе и сводной сестре не хватало дней в году, чтобы надеть все свое богатство хотя бы по одному разу.

Гости больше не встречали Кейт за общим столом. Отныне ее жизнь протекала в мансарде – в крошечной комнатке, где старая обшарпанная мебель вполне соответствовала положению падчерицы в огромном доме. Трудно было пережить ненависть к самой себе за малодушие – за то, что не находила сил уйти из дому и положить конец унижению. Да, настоящий гнев родился и вырос из одиночества, отчаяния и печальной уверенности в том, что отец беспомощно переворачивается в гробу.

Воинственно препоясав чресла, как сказал бы отец, Кейт решительным шагом поднялась на крыльцо.

– Добрый день, Черридерри, – поздоровалась она, как только старый верный дворецкий распахнул дверь. – Ты сегодня за лакея?

– Хозяйка отправила лакеев в Лондон, за доктором, – пояснил Черридерри. – Вернее, сразу за двумя.

– Не иначе как очередной приступ. – Кейт осторожно сняла расползавшиеся по швам перчатки. Было время, когда мачеху (в доме все звали ее хозяйкой) подозревали в симуляции болезни, однако после нескольких лет ложной тревоги и ночных криков о нападении разбойников, которые на деле оказывались всего лишь следствием дурного пищеварения, подозрения отпали сами собой.

Черридерри считал, что остается одно: надеяться на лучшее.

– Нет, на сей раз дело не в хозяйке. Пострадало лицо мисс Виктории.

– Горничная утром рассказала, что верхняя губа распухла и посинела.

Даже острое раздражение не смогло подавить шевельнувшееся в душе сочувствие. Хорошенькое личико и хорошенькие платьица составляли единственное достояние Виктории, а потому утрата хотя бы небольшой доли этого богатства навсегда разбила бы бедняжке сердце.

– Нужно срочно поговорить с хозяйкой о жене викария. – Кейт сбросила пелерину в услужливо подставленные руки. – Точнее, теперь уже о вдове. После его смерти я переселила семью в дальний коттедж.

– Да, дело нехорошее, – покачал головой дворецкий. – Особенно для викария. Разве священник имел право лишить себя жизни?

– И оставить на произвол судьбы жену с четырьмя детьми, – добавила Кейт.

– Наверное, не смог примириться с потерей ноги.

– Ну а теперь его детям придется примириться с потерей отца, – сурово заключила Кейт. – Не говоря уже о том, что вчера мачеха отправила им уведомление о выселении.

– Хозяйка распорядилась, чтобы сегодня вы обедали вместе со всеми.

Кейт изумленно замерла.

– Сегодня вечером вам необходимо обедать за общим столом. Приезжает лорд Димсдейл.

Дворецкий покачал головой.

– Так она сказала. Более того, даже решила, что крысы мисс Виктории должны покинуть столовую и переселиться в вашу комнату.

Кейт в изнеможении прикрыла глаза. День начался плохо, а продолжался и того хуже. Она терпеть не могла свору крохотных собачек, которых домочадцы – кто нежно, а кто и не очень – называли крысами. Ничуть не лучше был и Алджернон Беннет, лорд Димсдейл, жених сводной сестры: молодой человек подозрительно часто и легко улыбался. Но всего ужаснее казалась перспектива семейного обеда.

Как правило, удавалось заставить себя забыть о том, что когда-то бразды правления в этом доме принадлежали ей, мисс Кэтрин Долтри. Дело в том, что за несколько лет до смерти мать окончательно слегла, а здоровой дочка ее и вообще не помнила. Кейт привыкла сидеть за обеденным столом напротив отца, регулярно обсуждать с экономкой меню на неделю… что и говорить, здесь, в родном поместье, она надеялась дебютировать, выйти замуж, родить и вырастить детей.

Но все это было при жизни отца, а после его смерти молодая госпожа превратилась в служанку, для которой не нашлось другого места, кроме как на чердаке.

И вот теперь предстояло явиться к обеду в старом, давным-давно вышедшем из моды платье, чтобы выслушивать двусмысленные комплименты лорда Димсдейла и скучать. Зачем? Что кроется за внезапной переменой ветра?

Не в силах подавить дурное предчувствие, Кейт поднялась по лестнице. Мачеха сидела возле туалетного столика и внимательно разглядывала собственное отражение в зеркале. Солнечные лучи падали на волосы и придавали прядям ядовитый, неестественно желтый оттенок. Сиреневое утреннее платье с гофрированным корсажем, перехваченным под грудью широкой лентой, выглядело бы прелестно… на юной дебютантке. Однако Марианна никак не соглашалась принять тот факт, что уже перешагнула порог сорокалетия. Более того, она до сих пор не смирилась с утратой первого цветения молодости, а потому одевалась так, словно все еще оставалась двадцатилетней. Можно было смело утверждать, что мачеха обладала безрассудной храбростью и отчаянным пренебрежением к условностям, неизбежно сопровождающим переход женщины из одной возрастной категории в другую.

И в то же время наряды Марианны не только откровенно выражали чрезмерные амбиции, но и служили утешением в неудачах. Еще ни одной женщине в мире не удалось в сорок лет выглядеть на двадцать, и даже вызывающе чувственное платье не способно вернуть молодость.

– Кажется, ты все-таки закончила свои бесполезные визиты и сподобилась вернуться домой, – ехидно заметила Марианна.

Кейт окинула взглядом заваленный одеждой будуар и решила убрать кучу тряпок с того предмета, который, по ее представлениям, мог оказаться стулом. Комната была забита ворохами разнообразных тканей: мерцающий бархат, пестрые ситцы и блестящие шелка заполнили все горизонтальные поверхности и напоминали причудливые сугробы.

– Что ты делаешь? – насторожилась мачеха, как только Кейт взяла в руки одну из разноцветных охапок.

– Хочу сесть, – ответила Кейт и бросила тряпки на пол.

Марианна подскочила как ужаленная.

– Не смей так обращаться с моими платьями, глупая девчонка! Те, которые лежат сверху, прибыли всего лишь пару дней назад. Они просто великолепны! Если замечу хотя бы одну морщинку, заставлю гладить ночь напролет!

– Мне нельзя доверять такую ответственную работу. Помните, как три года назад сожгла белое платье?

– Ах, прелестная турецкая кисея! – Мачеха горестно заломила руки, очевидно, подражая леди Макбет. – Оно… вон там. – Она ткнула длинным пальцем в угол, где гора возвышалась почти до потолка. – Непременно прикажу перешить. – Марианна вернулась к зеркалу.

Кейт осторожно отодвинула ворох подальше от ноги.

– Хочу поговорить о семействе Крэбтри.

– Господи, я так надеялась, что ты уже выставила эту несносную нищенку за дверь! – воскликнула Марианна, зажигая сигарету. – На следующей неделе явится адвокат и снова начнет совать нос в управление поместьем. Если увидит развалюху, в которой она живет, упрекам конца не будет. В прошлом квартале нудил так долго, что я едва со скуки не умерла.

– Но ведь поддерживать дома арендаторов в приличном состоянии – ваша прямая обязанность. – Кейт встала, чтобы открыть окно.

Марианна возмущенно помахала сигаретой.

– Чепуха! Все эти люди живут на моей земле практически даром, так что вполне могли бы сами позаботиться о ремонте. Крэбтри устроили у себя настоящий свинарник. Недавно я к ним заглянула и пришла в ужас.

Кейт вернулась на свое место и обвела взглядом комнату. Вот уж действительно свинарник! Но молчаливого упрека Марианна даже не заметила: открыла баночку с помадой и начала красить губы.

– Миссис Крэбтри никак не может прийти в себя после смерти мужа, – возразила Кейт. – Она измучена и напугана. А дом вовсе не похож на свинарник – просто немного не хватает порядка. Да и выгонять вдову нельзя: куда она пойдет с малыми детьми?

– Чепуха, – повторила Марианна и наклонилась к зеркалу, чтобы рассмотреть губы. – Наверняка давно придумала запасной вариант. Крэбтри умер больше года назад, так что следующий муженек уже, должно быть, на подходе. Вот увидишь.

Разговоры с мачехой неизменно напоминали попытки заглянуть в темный сарай: трудно было предположить, что именно там окажется, однако ничего хорошего ожидать не приходилось.

– Но ведь это жестоко. – Кейт постаралась говорить как можно увереннее и убедительнее.

– Пусть убираются, – настаивала Марианна. – Я не намерена терпеть бездельников. Ты же знаешь, что я ездила к ним на следующее утро после нелепого самоубийства викария и выражала соболезнования.

Как правило, Марианна избегала встреч с арендаторами и работниками – за исключением тех редких случаев, когда внезапно решала изобразить заботливую благодетельницу. В такие дни она одевалась особенно пышно и экстравагантно – должно быть, чтобы больнее унизить сельских жителей, – выходила из экипажа и безошибочно читала в испуганных лицах тупость и лень их обладателей, после чего приказывала падчерице выдворить неугодных прочь из поместья.

Спасало одно: не проходило и недели, как хозяйка напрочь забывала о собственных недавних распоряжениях.

– Эта женщина, Крэбтри, лежала на диване и плакала. Ты только представь: дети ползают по всей комнате – омерзительное количество детей, – а она отвернулась к стене и рыдает. И плечи трясутся как у плохой актрисы. Может быть, имеет смысл поступить в бродячий театр? Вдовушка недурна собой.

Марианна тут же перебила:

– Ненавижу бездельников. Думаешь, когда умер мой первый муж, полковник, я лежала и плакала? Да и после смерти твоего отца разве проронила хотя бы слезинку? А ведь мы с ним наслаждались семейным счастьем всего лишь несколько месяцев!

Кейт слез не заметила, но Марианна и не ждала подтверждения.

– Возможно, миссис Крэбтри и не обладает вашей силой духа, но у нее четверо маленьких детей и мы обязаны о них позаботиться.

– Все, хватит об этом. Мне нужно сообщить тебе кое-что важное. Сегодня вечером приедет лорд Димсдейл, так что обедать будешь с нами. – Марианна выпустила изо рта колечко дыма, и Кейт с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться.

– Черридерри уже сказал. С чего бы это вдруг? – Они с мачехой давно отказались от любезностей и даже не пытались скрыть взаимную неприязнь. Трудно было представить, с какой стати внезапно потребовалось ее присутствие за столом.

– Через несколько дней тебе предстоит встретиться с родственниками Димсдейла. – Марианна снова глубоко затянулась. – К счастью, ты худее Виктории, так что ушить какое-нибудь из ее платьев не составит труда. Расставить было бы сложнее.

– О чем вы? Даже представить не могу, что лорду Димсдейлу интересно сидеть со мной за одним столом, а уж тем более знакомить со своей семьей. Да и сама я вовсе не стремлюсь в светское общество.

Ответить Марианна не успела, так как дверь внезапно распахнулась.

– Крем не помогает! – завопила Виктория и бросилась к матери. Она даже не заметила Кейт; просто упала на колени и спрятала лицо в складках платья.

Марианна тут же отбросила сигарету и, нежно обняв дочь за плечи, заворковала:

– Тише, тише, детка. Разумеется, поможет. Просто нужно время. Мамочка обещает, что все будет хорошо. Твое личико снова станет таким же красивым, как всегда. А на всякий случай я отправила лакеев в Лондон и приказала привезти двух самых лучших докторов.

– А каким кремом ты намазала рану?

Марианна бросила косой, недружелюбный взгляд и ответила за дочь:

– Ты о таком даже не слышала. Сделан из толченого жемчуга и чудодейственно помогает при любых неприятностях с лицом. Я и сама им каждый день пользуюсь.

– Ты только посмотри на мою губу, Кейт! – Виктория подняла голову. – Обезображена на всю жизнь! – На глазах выступили слезы отчаяния.

Нижняя губа действительно внушала тревогу: распухла и из нежно-розовой превратилась в фиолетовую. Да и рот заметно съехал в сторону.

Кейт встала и подошла ближе, чтобы как следует рассмотреть.

– А доктор Басби это уже видел?

– Приезжал вчера, старый дурак, – заявила Марианна. – Даже не понимает, насколько это серьезно. Не предложил никакого лечения, никакой мази не назначил. Ровным счетом ничего не сделал!

Кейт повернула Викторию к свету.

– По-моему, место укуса воспалилось, – рассудила она. – А вы уверены, что этот крем в достаточной степени гигиеничен?

– Ах так? Позволяешь себе ставить под сомнение мое решение? – закричала Марианна и в бешенстве вскочила.

– Да, позволяю, – невозмутимо подтвердила Кейт. – Если Виктория так и останется с перекошенным ртом из-за шарлатанского лекарства, которое вам обманом всучили в Лондоне, то виноваты будете вы!

– Грубиянка! – Разгневанная Марианна шагнула к падчерице.

Однако Виктория предостерегающе подняла руку.

– Подожди, мама. Кейт, так ты действительно считаешь, что крем вреден? Губа ужасно болит.

Виктория отличалась необыкновенной красотой: очаровательное личико, безупречный цвет лица и большие томные глаза – всегда слегка влажные, как будто она только что смахнула сентиментальную слезу. А поскольку слезы на самом деле приходилось смахивать с утра до вечера – и сентиментальные, и прочие, – то глаза практически не просыхали. Вот и сейчас по щекам скатились две крупные прозрачные капли.

– Думаю, в рану попала инфекция, – нахмурилась Кейт. – Губа хорошо заживала, но теперь… – Она слегка нажала, и Виктория вскрикнула от боли. – Боюсь, придется вскрывать нарыв.

– Ни за что! – взревела Марианна.

– Но я не могу позволить резать лицо, – дрожа от ужаса, пробормотала Виктория.

– Хочешь остаться кривой? – терпеливо уточнила Кейт.

– Не позволю ничего предпринимать до визита лондонских докторов, – сурово заявила мачеха и снова села.

Марианна бесконечно доверяла всему, что являлось из Лондона. Кейт подозревала, что причина снобизма кроется в деревенском детстве. Впрочем, за годы совместной жизни Марианна ни словом не обмолвилась о своем прошлом, так что судить наверняка было трудно.

– Что ж, остается надеяться на их скорый приезд, – заключила Кейт, втайне раздумывая, не грозит ли воспаление губы заражением крови. Хотелось верить, что все обойдется. – Так зачем я понадобилась вам во время обеда, Марианна?

– Конечно, из-за моей губы, – жалобно пробормотала Виктория и хрюкнула как поросенок.

– Из-за губы? – повторила Кейт.

– Мне нельзя будет поехать с визитом, да? – невнятно добавила Виктория.

– Через несколько дней твоей сестре предстоит отправиться в гости к одному из важных родственников лорда Димсдейла, – пояснила Марианна. – Если бы ты не бегала по поместью с утра до вечера и не выслушивала бесконечные жалобы никчемных бездельниц, то наверняка бы об этом помнила. Он принц. Принц!

Кейт устало опустилась на стул и посмотрела сначала на одну из названных родственниц, а потом на вторую. Марианна сияла и блестела, как новенький полупенсовик. Виктория, напротив, выглядела мягкой, туманной, чуть расплывчатой. Удивительные розоватые волосы – нечто среднее между светлыми и рыжими – причудливо вились вокруг лица, в то время как прическа Марианны отличалась безупречной законченностью. Горничная не напрасно трудилась три часа кряду с раскаленными железными щипцами в руках.

– Честно говоря, не понимаю, какое отношение имеет ко мне этот отложенный визит, – призналась Кейт, – хотя искренне сочувствую твоему разочарованию, Виктория.

Она не кривила душой. Ненависть к мачехе ни в малейшей степени не распространялась на сводную сестру. Во-первых, Виктория обладала таким мягким характером, что никогда не подавала поводов для разногласий, а во-вторых, Кейт попросту жалела бедняжку, ведь водопад любви, который обрушивала на нее мать, был еще хуже постоянных придирок и претензий к падчерице.

– Видишь ли, – печально произнесла Виктория, усаживаясь на кучу платьев, высотой напоминавшую стул. – Тебе придется стать мной. Я не сразу поняла мамин план, но она рассчитала все до мелочей. Уверена: милый Элджи согласится.

– Но я никак не смогу стать тобой, что бы это ни означало, – категорично заявила Кейт.

– Очень даже сможешь, – возразила Марианна. Она как раз докурила первую сигарету и теперь зажигала от нее вторую. – И станешь.

– Нет, не стану. Понятия не имею, о чем вы рассуждаете. В каком контексте мне придется изображать Викторию? И перед кем?

– Перед принцем, разумеется. – Марианна слегка пожала плечами и взглянула на падчерицу сквозь дымовую завесу. – Разве ты не слышала, о чем речь?

– Хотите, чтобы я притворилась Викторией? Перед принцем? Каким принцем?

– Я тоже не сразу поняла. – Виктория с опаской провела пальцем по больной губе. – Видишь ли, чтобы Элджи смог на мне жениться, необходимо одобрение одного из высокопоставленных родственников.

– А именно принца, – вставила Марианна.

– Элджи говорит, что этот человек – принц из какой-то крошечной страны на краю света, и других родственников по материнской линии у него в Англии нет. Поэтому леди Димсдейл готова передать свое приданое только после его одобрения. Такова воля покойного лорда Димсдейла, – пояснила Виктория. – Ужасно несправедливо! Если Элджи женится до тридцати лет без согласия матери, то потеряет огромную часть своего наследства. А ему нет еще и двадцати!

Кейт восхитилась находчивостью отца Димсдейла. Насколько она могла судить, Димсдейл-младший годился для серьезного управления семейным состоянием в той же степени, что и крысы – для хорового пения. Разумеется, ее это обстоятельство ничуть не касалось.

– Завтра утром доктора вылечат твою губу, – успокоила она Викторию, – и как ни в чем не бывало поедешь к своему принцу. Почти как та самая кошка из детского стишка, которая отправилась в Лондон, чтобы взглянуть на королеву.

– В таком виде никуда ехать нельзя! – брезгливо отрезала Марианна. Впервые в жизни родная дочь вызывала у нее откровенную неприязнь.

Виктория обернулась и удивленно посмотрела на мать, однако не произнесла ни слова.

– Еще как можно! – стояла на своем Кейт. – Что за дурацкий маскарад? Ни один человек на свете ни на миг не поверит, что я – это Виктория. А если даже и поверит, то неужели потом не вспомнит о подлоге? Что, если принц встанет в церкви и прервет брачную церемонию? Заявит, что невеста совсем не та молодая леди, с которой он встречался?

– Этого не случится хотя бы потому, что свадьба состоится сразу после визита, по церковной лицензии, – успокоила Марианна. – Димсдейла впервые пригласили в замок, и упустить возможность мы не можем. Его высочество устраивает бал по случаю собственной помолвки, и ты поедешь вместо Виктории… точнее, в качестве Виктории.

– Но почему бы ей не отложить визит до выздоровления и не поехать самой, после бала?

– Потому что я должна как можно скорее выйти замуж, – потупилась Виктория.

Кейт на миг застыла.

Виктория коротко кивнула. Кейт взглянула на мачеху, и та пожала плечами.

– Скомпрометирована. Уже три месяца.

– О Господи! – горячо воскликнула Кейт. – Но ты же его совсем не знаешь!

– Я люблю Элджи, – серьезно призналась Виктория. – После того как в марте, воскресным утром, увидела его в Вестминстерском аббатстве, даже не хотела дебютировать, но мама заставила.

– В марте, – повторила Кейт. – Ты встретилась с ним в марте, а сейчас уже июнь. Неужели милый Элджи сделал предложение три месяца назад, и ты все это время молчала?

Виктория смущенно хихикнула.

– Ты прекрасно знаешь, когда он сделал предложение: я сразу сообщила новость, – всего лишь две недели назад.

Марианна поморщилась так, что морщины не смог бы разгладить даже чудодейственный крем из толченого жемчуга.

– Димсдейл немного запоздал с ухаживанием.

– Только не с ухаживанием! – возразила Кейт. – В этом отношении он как раз проявил редкую проворность.

Марианна недовольно нахмурилась.

– Как только лорд Димсдейл осознал ситуацию, немедленно сделал Виктории официальное предложение.

– На вашем месте я бы его убила, – заключила Кейт.

– Правда? – Марианна неопределенно улыбнулась. – Что ж, ты всегда была дурочкой. Лорд Димсдейл носит титул виконта, а когда-нибудь получит и вполне приличное состояние. К тому же он по уши влюблен в твою сестру и твердо намерен на ней жениться.

– Повезло, – пробормотала Кейт и посмотрела на Викторию: та без остановки водила пальцем по больной губе. – Я ведь советовала вам нанять дуэнью, Марианна. Виктория могла бы найти и более интересного жениха.

Миссис Долтри молча отвернулась к зеркалу. По правде говоря, Виктория годилась не каждому: слишком мягкая, почти как пропитанный сиропом пудинг, да и плакала слишком часто и много.

Хотя, с другой стороны, хороша собой и наверняка плодовита. Плодовитость – очень ценное женское качество. Достаточно вспомнить, как страдал отец от отсутствия сына. Спустя всего лишь две недели после смерти матери женился во второй раз – настолько не терпелось начать новую жизнь, основать новую семью.

Должно быть, Марианна выглядела такой же плодовитой, какой на практике оказалась ее дочь. К сожалению, убедиться он не успел.

– Значит, вы просите меня поехать к принцу и притвориться Викторией, – задумчиво подытожила Кейт.

– Нет, не прошу, – тут же возразила Марианна. – Приказываю.

– О, мама! – со слезами на глазах воскликнула Виктория. – Зато я прошу. Умоляю. Пожалуйста, Кейт, пожалуйста. Я так хочу выйти замуж за Элджи! И не просто хочу – должна. Тогда, весной, я еще не совсем понимала, что к чему, и… – Она расправила платье. – Нельзя, чтобы все вокруг узнали о ребенке. И Элджи тоже так считает.

Разумеется, Виктория далеко не сразу осознала, что ждет ребенка. Более того, сам акт зачатия тоже скорее всего оставался для нее тайной, не говоря уж о последствиях.

– Нет, вы не приказываете, а просите. – Кейт посмотрела на мачеху. – Единственное, что в ваших силах, – это втолкнуть меня в экипаж лорда Димсдейла. А вот проконтролировать хотя бы малую часть из того, что я скажу этому неведомому принцу, все равно не сможете.

Марианна сердито нахмурилась.

– Но еще важнее другое, – продолжала Кейт. – Всего лишь несколько месяцев назад Виктория дебютировала в обществе, причем, насколько мне известно, очень ярко. На балу в замке наверняка окажутся те, кто ее уже видел.

– Именно поэтому я и посылаю туда тебя, а не какую-нибудь девчонку с улицы, – парировала мачеха с обычной прямолинейностью.

– С тобой поедут мои собачки, – добавила Виктория. – Ведь это они сделали меня знаменитой. Увидев милых крошек, все сразу подумают, что ты – это я. – По хорошенькой щечке скатилась очередная хрустальная слеза. – Вот только мама говорит, что я должна отказаться от своих любимцев.

– Сейчас они сидят у меня в спальне, – констатировала Кейт.

– Отныне собаки твои, – распорядилась Марианна, – по крайней мере на время визита. А потом мы… – Она взглянула на дочь и осеклась. – Потом отдадим их каким-нибудь достойным сироткам.

– Ах, бедняжки всей душой полюбят моих малюток, – мечтательно произнесла Виктория, всецело игнорируя то обстоятельство, что привычка кусаться сирот вовсе не порадует.

– Кто же будет сопровождать меня в качестве компаньонки? – поинтересовалась Кейт. Продолжать разговор о крысах ей не хотелось.

– Тебе никто не нужен, – презрительно отрезала Марианна. – Прекрасно скачешь по полям в полном одиночестве.

– Очень жалею, что не таскала с собой Викторию, – заметила Кейт. – Уж я бы не позволила Димсдейлу обращаться с ней как с обычной гулящей девчонкой.

– О, зато ты наверняка сохранила девственность! – злобно огрызнулась Марианна. – Вот только непонятно, какой от этого достоинства толк. Не беспокойся, лорд Димсдейл не станет посягать на твою пыльную добродетель: он влюблен в Викторию.

– Да, Элджи меня любит, – всхлипнула Виктория. – И я его тоже люблю. – Бархатные глаза снова увлажились.

– Но ведь я поеду в образе Виктории. Если появлюсь в замке наедине с Димсдейлом, разразится скандал, причем затронет он не меня, а ее. После этого уже никто не удивится, что со дня свадьбы до рождения ребенка прошло меньше положенного срока.

В комнате повисло напряженное молчание.

– Что ж, будь по-твоему, – наконец решила Марианна. – Викторию я, разумеется, сопровождала бы сама, но оставлять ее одну в таком состоянии не хочу. Можешь взять с собой Розали.

– Горничную? Назначаете мне в компаньонки горничную?

– Ну и что? – пожала плечами мачеха. – Она может сесть между тобой и лордом Димсдейлом – на тот случай если ты окончательно потеряешь голову и бросишься его обнимать. К тому же крысиная горничная тоже поедет.

– У собак есть собственная горничная?

– Да. Мери, которая обслуживает первый этаж, – пояснила Виктория. – Она чистит камины, а еще каждый день купает моих питомцев и расчесывает им шерстку. Видишь ли, держать домашних животных – большая ответственность.

– Нет, Мери я не возьму, – решительно заявила Кейт. – Миссис Суоллоу без нее ни за что не обойдется.

– Как скажешь. – Марианна равнодушно пожала плечами.

– И все же из этой затеи ничего хорошего не получится. – Кейт попыталась вернуть разговор в разумное русло. – Мы же совсем не похожи друг на друга.

– Еще как похожи! – убежденно воскликнула мачеха.

– Нет, действительно не похожи, – поддержала сводную сестру Виктория. – Я… такая как есть, а Кейт… – Она окончательно запуталась и умолкла.

– Виктория хочет сказать, что она очень красивая, а я нет, – мужественно пришла на помощь Кейт. – К тому же мы всего лишь сводные сестры, а потому сходства между нами ничуть не больше, чем между двумя любыми, случайно оказавшимися рядом англичанками.

– У вас одинаковый цвет волос, – убежденно заявила Марианна и закурила новую сигарету.

– Разве? – с сомнением уточнила Виктория.

Вообще-то Марианна была права. Существенная разница заключалась в прическах: подстриженные по последней моде локоны Виктории изящно обрамляли хорошенькое личико, а Кейт по утрам торопливо расчесывала волосы, привычным движением скручивала в жгут и закалывала на затылке. Времени на сложную прическу никогда не хватало. Да и на простую тоже.

– Вы с ума сошли. – Кейт не оставляла надежду вразумить мачеху. – Все равно никто не поверит, что я ваша дочь.

Виктория нахмурилась, и на чистом лбу появилась опасная морщина.

– К сожалению, мама, так и есть. Об этом я просто не подумала.

Взгляд Марианны стал напряженным, что случалось только в минуты настоящего гнева. Вот только что ее так рассердило?

– Кейт выше меня. – Виктория прилежно загнула пальчик. – И волосы у нее значительно темнее и намного длиннее. Да и вообще мы выглядим совсем по-разному. Даже если она наденет мое платье.

– Вы сестры, – неумолимо процедила Марианна сквозь зубы.

– Сводные сестры, – терпеливо уточнила Кейт. – Тот факт, что вы вышли замуж за папу, не сделал нас родственницами. А ваш первый муж…

– Повторяю, вы сестры.

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Похожие книги

2. Текст должен быть уникальным. Проверять можно приложением или в онлайн сервисах.

Уникальность должна быть от 85% и выше.

3. В тексте не должно быть нецензурной лексики и грамматических ошибок.

4. Оставлять более трех комментариев подряд к одной и той же книге запрещается.

5. Комментарии нужно оставлять на странице книги в форме для комментариев (для этого нужно будет зарегистрироваться на сайте SV Kament или войти с помощью одного из своих профилей в соц. сетях).

2. Оплата производится на кошельки Webmoney, Яндекс.Деньги, счет мобильного телефона.

3. Подсчет количества Ваших комментариев производится нашими администраторами (вы сообщаете нам ваш ник или имя, под которым публикуете комментарии).

2. Постоянные и активные комментаторы будут поощряться дополнительными выплатами.

3. Общение по всем возникающим вопросам, заказ выплат и подсчет кол-ва ваших комментариев будет происходить в нашей VK группе iknigi_net

Источник:

iknigi.net

Джеймс Э. Ночь Поцелуев. Роман в городе Красноярск

В этом каталоге вы имеете возможность найти Джеймс Э. Ночь Поцелуев. Роман по доступной цене, сравнить цены, а также изучить иные предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с характеристиками, ценами и обзорами товара. Доставка производится в любой город России, например: Красноярск, Самара, Казань.