Книжный каталог

Московский Хор. Пьесы

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

В книгу вошли пьесы Людмилы Петрушевской, часть из которых неизвестна читающей и театральной публике. Это, прежде всего, знаменитый "Московский хор", получивший множество премий (после постановки в петербургском Малом драматическом театре) и публикующийся впервые. В сборнике есть и другой лауреат - пьеса "Бифем", спектакль по которой был награжден премией за лучший текст года на фестивале "Новая драма" в 2003 г. Вошли в книгу и пьесы, недавно поставленные ("Певец певица"), и совершенно новые ("Еду в сад"). В разделе "Детский театр" представлены пьесы, уже много лет идущие в разных городах страны.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Людмила Петрушевская Московский хор Людмила Петрушевская Московский хор 246 р. ozon.ru В магазин >>
Хор Валаамского монастыря. IX Московский рождественский фестиваль. Хор Валаамского монастыря. IX Московский рождественский фестиваль. 400 р. msk.kassir.ru В магазин >>
Московский Казачий Хор. 5 лет Московский Казачий Хор. 5 лет 500 р. msk.kassir.ru В магазин >>
Хор Сретенского монастыря. Хор Сретенского монастыря. "Вифлеемская звезда" ХIV МОСКОВСКИЙ РОЖДЕСТВЕНСКИЙ ФЕСТИВАЛЬ 200 р. msk.kassir.ru В магазин >>
Хор Валаамского монастыря. IX Московский рождественский фестиваль. 2019-01-19T19:00 Хор Валаамского монастыря. IX Московский рождественский фестиваль. 2019-01-19T19:00 400 р. ponominalu.ru В магазин >>
Евгений Нестеренко,Московский государственный академический камерный хор,Владимир Минин Русская и болгарская духовная хоровая музыка Евгений Нестеренко,Московский государственный академический камерный хор,Владимир Минин Русская и болгарская духовная хоровая музыка 269 р. ozon.ru В магазин >>
Хор Сретенского монастыря. «Вифлеемская звезда». ХIV Московский Рождественский фестиваль 2019-01-17T19:00 Хор Сретенского монастыря. «Вифлеемская звезда». ХIV Московский Рождественский фестиваль 2019-01-17T19:00 200 р. ponominalu.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Московский хор

Спевка под руководством Льва Додина Петербургский Малый драматический театр – Театр Европы показал премьеру "Московского хора" Людмилы Петрушевской в постановке Игоря Коняева. Глава театра Лев Додин осуществил общее художественное руководство спектаклем.

Игорь Коняев – додинский ученик, и имя мастера на афише выглядело бы необходимым, даже если бы он не прикасался к проекту. "Московский хор" Людмилы Петрушевской – один из долгостроев МДТ: его репетировали почти три года. Так же долго и с таким же тщанием в МДТ работают над спектаклями самого Додина. Нынешняя постановка – часть проводимой Додиным новой художественной политики: отказавшись от идеи собственного режиссерского абсолютизма, он все чаще предоставляет сцену и труппу молодым режиссерам. Именно этот стратегический ход обеспечил театру достаточно плотный график выпускаемых премьер.

"Московский хор" в МДТ – классический образец додинского театра: психологический реализм, доведенный до натурализма и поднятый до метафоры. Эксперимент удался, авторская режиссерская система способна к воспроизводству, хотя без поддержки мастера результат работы его учеников обычно получается более чем скромным.

Хор, сочиненный Петрушевской еще в 80-х годах и теперь сыгранный актерами МДТ,– многоголосие персонажей пьесы, жителей перенаселенных московских квартир послевоенной поры. Их частные жизненные истории, переплетаясь друг с другом, оказываются способны создавать высокую гармонию. И на сцену, ангельски кроткими голосами распевая "Летите, голуби, летите!", выходит настоящий хор, в котором у каждого певца помимо своей партии есть еще имя, фамилия, прошлое и советский паспорт в сумочке или в кармане старого пиджака.

Перемешалось все: кто-то рожает, кто-то разводится (или уже нет, или снова), дети, нищий быт, ужас репрессий, пар из ванной, боль потерь, пригорелая каша, взаимные обиды, наивные хитрости, старые долги. Ничего черно-белого, каждая жизненная ситуация видна с разных сторон. Художник Алексей Порай-Кошиц сочинил замечательные декорации для воплощения этой густой атмосферы: многоэтажное нагромождение кроватей, шкафов, дверей, до сантиметра обжитых уголков. На взгляд постороннего –хаос, а для своего – все та же гармония, тот же хор.

Как же комфортно вдруг оказалось для актеров быть на сцене такими некрасивыми, с не приукрашенными ни гримом, ни видимостью благополучия домашними лицами, в мешковатых дешевых платьях, поношенных ботинках! Авторам спектакля удалось не просто сочинить персонажей, но до мельчайших подробностей построить все ниточки их взаимоотношений. Здесь слушают друг друга, продолжая говорить о своем; на горький упрек женщины, выкрикнутый в пространство, комично втягивают голову в плечи сразу несколько мужчин; только что рассорившись насмерть, продолжают общаться, минуя фазу примирения. Всю эту историю можно было бы без труда сделать патетичной и беспросветно мрачной, но в МДТ расслышали нежный авторский юмор и добавили собственной иронии.

Татьяна Щуко, приглашенная из Театра на Литейном, удивительно играет Лику. Худенькая старушка в накинутой прямо на сорочку шинели – практикующий философ-гуманист местного значения. Ее мнимо-невозмутимая мягкая интонация, создающая львиную долю обаяния спектакля,– это родной, до боли знакомый рефрен многочасовых разговоров ее ровесниц "И тогда я ей очень спокойно сказала. ". Необыкновенно хороши в спектакле Ирина Демич (в ее Нете есть как раз то, что обычно называют трагическим гротеском) и Сергей Власов. Вовсе без истерик, к несчастью, не обошлось: молодая Елена Калинина (Галя) и опытная Елена Васильева (Катя) играют довольно грубо, с ненужным надрывом. Но это не мешает главному – ощущению того, что в театре не только умеют читать, но и много знают про людей и про то, как и что в жизни бывает.

Известия, 1 апреля 2002 года Ольга Егошина Петрушевская у Додина Премьера "Московского хора" в Малом драматическом театре

О пьесах Людмилы Петрушевской так долго говорили: "новая волна в современной драматургии", что пропустили момент смены взгляда, дистанции восприятия. В спектакле Малого драматического театра - Театра Европы ее "Московский хор" прочтен режиссером Игорем Коняевым и руководителем постановки Львом Додиным как историческая пьеса.

Появление младенца в спектакле "Московский хор" символизирует окончательное наступление оттепели

Коммерсант, 6 июня 2002 года Спевка вне конкурса "Московский хор" побывал в Москве

Последним и главным событием завершившегося в Москве фестиваля "Новая драма" стали гастроли петербургского Малого драматического театра – Театра Европы со спектаклем "Московский хор" по пьесе Людмилы Петрушевской. Театр Льва Додина, совсем недавно получивший "Золотую маску" за лучший спектакль прошлого сезона, теперь показал лучший, по мнению обозревателя Ъ РОМАНА ДОЛЖАНСКОГО, спектакль сезона нынешнего.

На столе, за которым обедают, гордо высится стул. Если взобраться на него, а потом сделать еще один рывок вверх и влево, то очутишься в спальне, вернее, на кровати. Потому что никакой спальни нет, как нет ни у кого из героев "Московского хора" личного жизненного пространства. Считаные коммунальные квадратные метры художник Алексей Порай-Кошиц (лауреат последней "Золотой маски" за сценографию додинской "Чайки") не растянул вдоль рампы или вглубь от нее, а взметнул вверх.

Как будто какой-то внутренний взрыв оторвал все эти окна, шкафы и батареи от их привычных мест, а затем нагромоздил их одно над другим, оставив при том каждую из старых, некрасивых вещей почти невредимой. Обитатели вынуждены бегать вверх-вниз, а когда совсем припрет – лезть, точно альпинисты, по отвесной скале. Герои немного похожи на обитателей кукольного дома, какие любят мастерить в северных странах, скрывая в створках и закоулках большой игрушки маленьких человечков. Вот и здесь люди вдруг высыпают на сцену ниоткуда, точно из каких-то нор. Ведь этот одновременно гипер- и сюрреалистический иконостас советского коммунального быта скрывает собой отнюдь не алтарь, а черную бесконечность.

Оттуда, почти что из небытия, возвращаются люди: действие "Московского хора" происходит во времена ХХ съезда. Из ссылки в столицу одни родственники возвращаются к другим, сюда же, на эти считаные метры. Тут уже царит "оттепель", а приехавшие все еще "заморожены" в образах фанатиков сталинизма. Измученные сами, они готовы мучить других. Люди толкутся на пятачке, обсуждают друг друга, скандалят, изменяют и возвращаются в семью, а вместе с соседями поют в том самом жэковском хоре, руководитель которого так мечтает о выступлении на фестивале. Людмила Петрушевская написала пьесу в 80-е годы. Тогда казалось, что сочинила на горячей волне перестроечной правды. Теперь стало ясно – на все времена.

В новом спектакле заняты многие актеры, давно не получавшие новых ролей. А на роль главной героини Лики вообще приглашена актриса со стороны – Татьяна Щуко из театра "На Литейном". Но кажется, что все те, кто находятся на сцене, так всю жизнь и играли постоянно вместе. Хотя госпожа Щуко в "Московском хоре" действительно лучше всех. Поначалу исхудавшая, маленькая, в накинутой на исподнее шинели, жалующаяся на прогрессирующую слепоту, ее Лика оказывается едва ли не более зоркой, чем все остальные. Во втором акте она принаряжается и словно воскресает. Ведь непослушная жизнь знай делает свое дело: внучка Лики, вчерашняя школьница, рожает внебрачного ребенка, и старуха буквально своими руками подталкивает стесняющегося отца к колясочке. А бывшие ссыльные, точно мутировавшие сказочницы, красуются в распахнутом окошке и пишут гневное письмо товарищу Хрущеву с жалобой на разврат и моральное разложение своих родных.

Малый драматический вновь нашел тот неуловимый баланс между каждым сценическим характером и общим строем спектакля, который поднимает психологически подробную историю до уровня высоких метафор. Которые не торчат режиссерским знаменем, но словно проявляются сами собой. Как многочисленные участники самодеятельности, материализующиеся из ничего и хором поющие Баха, Перголезе и Дунаевского. Зафиксированный автором уклад человеческих отношений театр показывает без праведного гнева и без тени пошлой ностальгии, выпукло, беспощадно и в то же время сердечно. В "Московском хоре" не стесняются поддаться понятной сентиментальности, но не пропустят случая выпятить и обвести жирным какую-нибудь гротескную черту. Пьеса сыграна как большая трагикомедия про очень любимых советских чудовищ.

Этот спектакль душевно выношен и при этом завидно технологичен. "Московский хор" сделан так, что в нем не хочется сократить ни единой минуты, потому что в нем нет ни одного лишнего или неточного жеста, всего хватает и ни в чем нет недостатка. В лучшие свои минуты очень смешной и безнадежно печальный спектакль дотягивается до уровня "Братьев и сестер", додинского шедевра, до сих пор идущего на сцене МДТ. Это их, так сказать, городская вариация.

В программке написано так: постановка Игоря Коняева, художественный руководитель постановки Лев Додин. Что принесено в спектакль режиссером начинающим, а что – многоопытным, можно попытаться разделить. Но в конце концов, все лавры конкретного "Хора" выдающийся мастер и молодой режиссер как-нибудь поделят. Зато лавры создания Малого драматического именно как труппы и как театрального организма, не допускающего сбоев и каждый раз показывающего высший сценический класс, принадлежат, разумеется, по-прежнему Льву Додину. На фестивале "Новая драма" его Малый драматический выступал в разделе "вне конкурса". Как еще раз доказал "Московский хор", именно это словосочетание лучше всего определяет статус питерского Театра Европы в современном русском театре

Хор - московский, спектакль - питерский.

Фото Виктора Баженова

Время новостей, 6 июня 2002 года Марина Давыдова Секрет советской полифонии Фестиваль «Новая драма» закрылся «Московским хором»

Режиссура Льва Додина (а именно он значится в программке художественным руководителем этой постановки; режиссер - Игорь Коняев) - квинтэссенция и одновременно акме русско-советского театрального стиля. Именно русско-советского. Ибо все фирменные достоинства отечественной театральной школы: тонкий и глубокий психологизм, умение воссоздать течение жизни во всех ее подробностях и т.д. - Додин с удивительным упорством использует для исследования феномена «социализма» в разных его преломлениях и модификациях - от некрофильского большевизма («Чевенгур») и колхозного крепостничества («Дом» и «Братья и сестры» по Федору Абрамову) до бесовских размышлений интеллигенции (инсценировка соответствующего романа Достоевского) и жизненного уклада гомо советикусов эпохи застоя («Клаустрофобия»). Теперь вот появился «Московский хор».

Людмила Петрушевская тоже большой спец, но не по «социализму», а скорее по «совку» (разницу объяснять не буду: каждый, кто жил в этой стране, способен ее уловить). Зощенко сделал фактом литературы речь обывателя первых послереволюционных десятилетий. Петрушевская - последних предперестроечных. Советский новояз стал одним из главных героев ее пьес, прочие герои которых оказались в равной мере его творцами и рабами. Так же как были они творцами и рабами невыносимой удушливой реальности, в которой экзистенциальная составляющая (смерть, тюрьма, лагерь) уже вроде бы исчезла и осталась общая липкая мерзость жизни, искалеченные души и опрокинутая вверх дном система ценностей.

«Московский хор» - лучшая, на мой взгляд, пьеса Петрушевской. Удивительная драматургическая полифония. Берущее за душу многоголосие времен оттепели (действие происходит сразу после ХХ съезда). Конгломерат советских типов, характеров, судеб. Коммунальный террариум, в котором у каждого своя правда.

Измена мужа, внебрачный ребенок дочери, сложные отношения невестки и свекрови. В стандартный набор житейской неустроенности вторгается еще одна стихия - возвращение репрессированных родственников, поруганных, преданных, сохранивших комсомольский задор и коммунистический ригоризм, руководствующихся извращенной логикой и невытравляемым опытом прежней жизни и стряпающих в конечном итоге донос на тех, кто их приютил. Помещенное в финал пьесы письмо Хрущеву, сочиненное жалкими и страшноватыми жертвами репрессий, - апофеоз советского новояза и той удивительной жизни, где жертва в одночасье становится палачом.

В спектакле изумительно решено сценическое пространство (художник - Алексей Порай-Кошица). Многоярусное сооружение из кроватей, шкафов, столов и прочей мебели, по которой герои все время карабкаются вверх и спускаются вниз. Теснота, опрокинутая в вертикаль. Зримое выражение людского муравейника в пределах одной отдельно взятой квартиры. На тех же мебельных ярусах идут репетиции самодеятельного хора, укомплектованного жильцами коммунального террариума. Застыв во фронтальных мизансценах, они поют Баха и Перголези. И это производит фантастический эффект. Герои, из уст которых, как в сказке, падают жабы исковерканной обыденной речи, запев, возносятся к небесам. Души их стремятся к прекрасному и не могут вырваться из темницы советского бытия. Или вообще бытия. Это уж как кому угодно.

Но главное, что действительно поразило в «Московском хоре» и бросило неожиданный отсвет на все, что прежде делал Додин, - не поддающаяся определению эстетика. Да полноте ли, психологизм ли это? Как метод работы - может, и да, как сценический итог - вряд ли. Прививка школы Станиславского к стволу советской жизни дала неожиданный результат. Ибо психологизм Додина (и в прежних работах, конечно, но здесь особенно) все время скатывается к трагическому гротеску, к шуткам на уровне гэгов, к разящим наповал метафорам. Взрывается надрывной игрой, граничащей порой с дурным театром. Разве так по Станиславскому надо писать письмо Хрущеву? Не сев за стол и аккуратно не скрипя перышками, а взгромоздившись на самый верх многоярусной конструкции и выкрикивая текст послания со всеми «тчк», «зпт» как на митинге? Разве так играют «по системе» нечаянную встречу с любовником внучки, от которого у той недавно родился ребенок? Ах, как замирает бабушка Лика, как смотрит на совратителя глазами кошки, увидевшей легкодоступную мышь, как потирает руки в предчувствии добычи. Партия Лики, главного голоса этой «полифонии», досталась Татьяне Щуко. Играет она блистательно. Состарившееся эфирное создание в ночной рубашке, в равной степени наделенное стервозностью и душевной щедростью. Все прочие играют просто хорошо. Но «хорошо» в театре Додина - это почти всегда - великолепно.

И уже не важно, кто поставил этот спектакль. Стиль оказывается важнее индивидуальности. Сочетание гиперреализма с гипертеатральностью - режиссерское ноу-хау Льва Додина, кто бы им потом ни воспользовался. В случае с «совком» это точно угаданное сочетание. А как еще передать абсурдную и подробную жизнь, где из какофонии рождается полифония, а из тоски по вечной гармонии - хаос.

P.S. Фестиваль закончился вручением призов. Главные из них - «Лучший спектакль по современной пьесе» и «Лучшая современная пьеса» получили соответственно режиссер Кирилл Серебренников («Пластилин» Василия Сигарева) и драматург Михаил Угаров («Облом-of»). Две действительно сильные работы действительно талантливых людей, выделяющиеся на фоне конкурсной фестивальной программы. «Московский хор» в конкурсную программу не входил. Соревнование с ним лишило бы фестиваль всякой интриги.

Газета, 5 июня 2002 года Артур Соломонов Коммунальное чтиво

На фестиваль "Новая драма" приехал спектакль Малого драматического театра по пьесе Людмилы Петрушевской "Московский хор". Поскольку пьесу, написанную в 80-х, нельзя причислить к новой драматургии, спектакль МДТ был показан в рамках off-программы фестиваля. Поставил спектакль Игорь Коняев, художественный руководитель постановки - Лев Додин.

Это спектакль-экскурсия. Экскурсия в московские послевоенные коммуналки. Туда, где возникают диспуты по поводу не съеденной каши, бросивший жену муж возвращается, чтобы потребовать жилплощадь для себя и новой жены, а кто-то строчит донос: «Муж бросил жену с тремя детьми-уродами, одна из которых тут же родила».

Российская газета, 6 июня 2002 года Алена Карась Коммуналка как смертельная болезнь В Москве спектаклем "Московский хор" завершился фестиваль "Новая драма".

"Московский хор", хотя и не входил в конкурс, справедливо венчал программу фестиваля. Пьеса классика современной драматургии Людмилы Петрушевской усилиями режиссера Игоря Коняева и художника А. Порай-Кошица превратилась в эпическое повествование. Содержание этого эпоса - советская жизнь после войны и далее. Время действия - 1956 и 1957 годы. Место действия - московская коммунальная квартира, главная героиня - она же, то есть все ее обитатели, превращенные волею автора в горестный, смешной, уродливый и гротескный московский хор. Накануне фестиваля молодежи и студентов они готовят программу из Баха и Дунаевского, чтобы достойно встретить своих немецких друзей. Нагромождения мебели, стульев, кроватей, шкафов образуют ковчег, гротескную Вавилонскую башню советских коммуналок. Из нее - этой сжатой в нескольких квадратных метрах беды - соткалась вся самоубийственная история новой России. Эпическая субстанция вырастает из самого что ни на есть сгущенного быта. Перед нами - гиперреализм, только сгущенный до символа, тот самый, о котором мечтали Станиславский с Немировичем-Данченко.

Маленькая иссохшая старушка Лика (блестящая работа актрисы театра на Литейном Татьяны Щуко) - центр и стержень невыносимого московского хора - проходит медленный и едва заметный путь от семейной скандалистки до святой коммунального бытия, развив в себе непередаваемую терпимость. Святость ее достигнута страданием, ежесекундным мужеством приятия любого человеческого существа. Она терпит крикливую и нервную невестку (Татьяна Рассказова), внучку (Екатерина Решетникова) - дитя первой волны сексуального раскрепощения, сына (Сергей Власов), изгнанного с флота и зажившего на две семьи. То и дело она срывается на классические коммунальные "шпильки", поддаваясь духу нетерпимости, столь знакомому всем, живущим большой семьей на маленькой площади. Страшная нечеловеческая привычка к обобществленным жизням, мыслям, чувствам. Лика - мученица и страстотерпка - принципиально далека от всякой общественной риторики. Она принадлежит любви, когда все вокруг принадлежат быту. Педагог театра по речи Валерий Галендеев наполнил коммуналку целым миром интонаций и говоров. Весь свет съехался в этот пылающий Вавилон: чувашский, белорусский диалекты, говор поволжских немцев - целый мир говоров и лепетаний с этнографически музейной точностью рассеян по всей ткани спектакля. Репрессированный, отчаянный исход люмпенизированного народа из страны в Москву, к центру, к свету. Так жестоко и страшно про этот исход еще никто в нашем театре не говорил.

Со всей тщательностью предельного реализма актеры МДТ - Театра Европы осуществляют оправдание своих героев. Даже когда бывшая репрессированная большевичка, а ныне - стукачка, вторгшаяся в дом своей сестры (Вера Быкова), остервенело диктует своей дочери (Нина Семенова) донос на тех, кто ее приютил, актриса предлагает взглянуть на нее как на жертву исторических обстоятельств. И хотя в МДТ семейный эпос Петрушевской сгустили до нестерпимости, от него у многих остается приятное чувство ностальгии по прошлому. А по мне - надо посмотреть "Московский хор", и весь этот коммунальный кошмар вырвать, как смертельную болезнь.

Итоги, 18 июня 2002 года Марина Зайонц Здравствуй, Страна Советов!

"Московский хор" Людмилы Петрушевской. Санкт-Петербургский Малый драматический театр - Театр Европы. Режиссер Игорь Коняев. Руководитель постановки Лев Додин

На фестивале "Новая драма" питерский спектакль показали вне конкурса. И это самое точное его определение - вне конкурса. Он высится, как какой-нибудь Монблан посреди уязвимых городских построек. На фоне нервических метаний в поисках новой правды, языка и стиля "Московский хор" поразил несуетным, невозмутимым достоинством. Возбужденной публике предъявили большой классический спектакль, не зависящий от моды, времени и настроений толпы. Большой в том смысле, что в нем всего много - смыслов, предметов, людей. Люди появляются из самых невероятных, неподходящих для этого простого действия мест: из шкафов, окон, щелей. Они возникают внезапно, из ничего или из небытия и резво начинают петь: "Летите, голуби, летите". "Московский хор" готовится встретить Международный фестиваль молодежи и студентов. 1957 год. Прошедшая жизнь выплеснулась в зал, как всплывшая вдруг Атлантида, и уже не отпускала: ни во время спектакля, ни после.

Помните, еще чеховские сестры печалились, что вот пройдет время и счастливые потомки забудут их лица, голоса и сколько их было. Советские граждане могут не волноваться, их не забудут. Людмила Петрушевская (справедливости ради - не только она одна) в своих пьесах записала их голоса и лица, их печали и радости, превратив таким образом сдвинутую, советскую нашу жизнь в предмет искусства. В случае "Московского хора" она сделала вот что. Историю хрущевской оттепели описала языком 80-х (тогда была написана эта пьеса), языком причудливых жаргонизмов, невероятных образных сочетаний никогда доселе не сочетаемого. Все это вместе бросает ощутимую тень гротеска на вполне будничный сюжет, рассказанный драматургом.

Источник:

www.smotr.ru

Московский хор

Московский хор

Видео Часть 1-я

О проекте Московский хор

Спектакль Академического Малого драматического театра - Театра Европы. Запись 2007 года. 2 части.

Руководитель постановки: Лев Додин

Сценография: Алексей Порай-Кошиц

Художник по костюмам: Ирина Цветова

Музыкальный руководитель: Михаил Александрова

Спектакль ведет Наталия Сологуб.

В спектакле использована музыка И.-С. Баха, И. Брамса, В.-А. Моцарта, Д.-Б. Перголези, И. Дунаевского.

Лика - Татьяна Щуко,

Саша, ее сын - Сергей Власов,

Эра - Татьяна Рассказова,

Оля - Екатерина Решетникова,

Нета, сестра Лики - Ирина Демич,

Люба - Нина Семенова,

Катя - Мария Никифорова,

Лора - Людмила Моторная,

Галя -Елена Калинина,

Михаил Михайлович - дирижер Адриан Ростовский,

Леня - Виталий Пинчик,

Рая - Наталья Калинина,

Милиционер - Владимир Артемов,

Скорикова - Лия Кузьмина,

Клованская - Ирина Никулина,

Клованский - Анатолий Колибянов,

Сыроквашена - Елена Васильева,

Лева - Владимир Селезнев,

Лида - Светлана Гайтан,

Станислав Геннадьевич - Михаил Александров,

Дора - Анна Чернова.

Операторы: Сергей Ландо, Сергей Юриздицкий, Сергей Циханович, Валерий Лернер, Владимир Соколов

Государственной премии Российской Федерации (2003).

Источник:

tvkultura.ru

Московский хор - телеспектакль онлайн

Московский хор Московский хор

Режиссер: Игорь Коняев.

По пьесе Людмилы Петрушевской.

Сценография: Алексей Порай-Кошиц.

Художник по костюмам: Ирина Цветова.

Музыкальный руководитель: Михаил Александрова.

Спектакль ведет: Наталия Сологуб.

В спектакле использована музыка: И.-С. Баха, И. Брамса, В.-А. Моцарта, Д.-Б. Перголези, И. Дунаевского.

Действующие лица и исполнители:

Лика - Татьяна Щуко,

Саша, ее сын - Сергей Власов,

Эра - Татьяна Рассказова,

Оля - Екатерина Решетникова,

Нета, сестра Лики - Ирина Демич,

Люба - Нина Семенова,

Катя - Мария Никифорова,

Лора - Людмила Моторная,

Галя -Елена Калинина,

Михаил Михайлович - дирижер Адриан Ростовский,

Леня - Виталий Пинчик,

Рая - Наталья Калинина,

Милиционер - Владимир Артемов,

Скорикова - Лия Кузьмина,

Клованская - Ирина Никулина,

Клованский - Анатолий Колибянов,

Сыроквашена - Елена Васильева,

Лева - Владимир Селезнев,

Лида - Светлана Гайтан,

Станислав Геннадьевич - Михаил Александров,

Дора - Анна Чернова.

Режиссер Галина Любимова.

Операторы Сергей Ландо, Сергей Юриздицкий, Сергей Циханович, Валерий Лернер, Владимир Соколов.

"Золотой софит" (2002),

"Золотая маска" (2003),

Государственной премии Российской Федерации (2003).

Источник:

www.viprutv.com

Московский Хор. Пьесы в городе Воронеж

В нашем интернет каталоге вы сможете найти Московский Хор. Пьесы по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть прочие предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с характеристиками, ценами и рецензиями товара. Доставка товара может производится в любой населённый пункт России, например: Воронеж, Калининград, Краснодар.